Цель обманывает средства

накормили обыкновенного земного (закатского, волжского) мальчишку.
Там же, в капсуле, утомившийся за день Ардо улегся спать. Агата на всякий случай вколола ему легкое снотворное и пристроилась в углу медотсека на выдвижной кушетке.
А уже поздней ночью ее разбудили негромкие голоса.
Дима выбрался на берег и настороженно огляделся. «Бистяры» на месте не оказалось, но это ни о чем не говорило – если режим невидимости включен, то корабль и не должен быть виден. Беспокоило майора другое: в лесу, совсем близко от опушки, он наткнулся на семь трупов рекнов, одетых в форму гвардейцев шарларраха. Самый беглый осмотр показал, что покойники стали таковыми в результате не допускающего двоякого толкования столкновения с закатским карабином. Платина? Какого черта?! Ладно, разберемся.
Подойдя к кромке воды, Десница прикоснулся к сенсору на браслете, и почти сразу же из темноты и слегка фосфоресцирующих волн соткался знакомый силуэт. Слабо освещенный проем люка открылся совсем рядом – есть еще память, есть! – и Дима молча проскользнул на борт. Буквально минуту спустя в коридоре прошелестели шаги, и в поле зрения изрядно уставшего командира оказался позевывающий Варфоломей. Нервы, порядком потрепанные этим с любой точки зрения примечательным днем, требовали хоть какогото внешнего проявления, и Дмитрий немедленно напустился на пилота:
– Ну ты даешь! Пускаешь на борт кого попало, приперся встречать без оружия… А если бы кто чужой у меня браслет отобрал да сообразил, как пользоваться? Или не сообразил, а просто выбил из меня коды?!
– Ну да! – язвительно отозвался вполголоса закатец. – Чужой! Прям щас! «Тварюшка» своих всех знает, чужак на борту и шагу бы не сделал. И не ори, перебудишь еще…
Использованный Варфоломеем глагол не ускользнул от внимания Десницы, и он тут же напрягся.
– Перебужу? Именно ПЕРЕбужу? А что, тут есть кого будить помимо Агаты?
– Есть, как не быть, – серьезно кивнул Платина. – Парнишку одного у какихто бандюков отбили, днем еще.
– У бандюкоооов? – протянул Дима, из последних сил стараясь держать себя в руках. – Ты, умник, бойцов здешнего правителя укокошил!
– Тоже мне, бойцы! – пренебрежительно отмахнулся Кондовый. – Как маленьких обижать – так все бойцы, куда там… И правитель тоже хорош, с детьми воевать. Ты бы видел этого пацаненка, когда я его на борт волок: обе ноги прострелены, рука тоже… Ничего, не обеднеет правитель, впредь свою шантрапу лучше инструктировать будет. Бойцы!
Неожиданно успокоившийся майор устало потер лицо ладонями и привалился плечом к стене коридора.
– Когданибудь, – наставительно заметил он, – вы сведете меня с ума. Что за мальчишкато хоть?
Несколько минут спустя, уже сидя в рубке и поглощая притащенный Варфоломеем ужин, Десница уяснил для себя текущее положение дел и ненадолго задумался. Результатом размышлений стал вполне утешительный вывод, что уж какнибудь они в случае чего отбоярятся. Свидетелей не осталось, а придумать правдоподобный вариант развития событий, при котором только и оставалось, что стрелять, особого труда не составит. «Черный единорог» он или так, погулять вышел?
– Ладно, – подытожил Дима, с сожалением отставляя пустую тарелку и поднимаясь на ноги, – пошли, покажешь мне вашего потерпевшего.
Тихонько переговариваясь, они дошли до дверей медотсека, предусмотрительно оставленных открытыми, и почти сразу же столкнулись с выглянувшей в коридор Агатой. Девушка зябко ежилась: от недосыпа ей всегда становилось холодно.
– Привет, красотка, – ухмыльнулся Десница. – Ну давай, хвастайся достижениями в ксенобиологии. Что с парнем?
– Уже ничего страшного, – прошептала суперкарго, увлекая своего собеседника подальше от дверного проема. – Скорость регенерации бешеная, надо было только чутьчуть помочь. Организм не человеческий, конечно, но мы справились.
– Вот уж в тебе я ни разу не сомне… – Но майора прервал донесшийся из медотсека незнакомый голос:
– Агата?
– Ну вот, – огорченно вздохнула названная персона, – всетаки разбудили. Идем, познакомишься.
Ардо сидел в капсуле, с любопытством разглядывая того, кого его кайра (женщинадруг) представила как ракто. Абахо этого человека – ученик «мудрого старика» уже привык к мысли, что людьми (и нелюдями) могут быть не только рекны, – был очень силен и в целом понравился ему. Да, ракто его спасителей был воином, мягкости в нем было заметно меньше, чем в шкуре тарга, но безжалостность его с успехом компенсировалась острым чувством справедливости. Кайре он нравился, кайран перед ним почти преклонялся, и этого было вполне достаточно.
– Я – Ардо, – представился молодой рекн.
– Дима, –