Цель обманывает средства

ехидно подбрасывал реплики, радуясь в душе, что не его одного оставляют в тылу, но решающим для Агаты стало мнение Ардо. И не мнение даже, а источаемые парнишкой страх и неуверенность. Пациента девушка оставить не могла и скрепя сердце согласилась отсидеться в корабле.
Тем временем майор вышел на площадь (Варфоломей немедленно закрыл люк, активировал систему внешней защиты и перевел корабль в режим невидимости) и приблизился к «группе встречающих». После короткого обмена репликами Десница, видимо, принял приглашение продолжить беседу в более непринужденной атмосфере, и вскоре на площади остался только «Бистяра» и оцепление, необходимости в котором Кондовый не видел совершенно. Жителей города за линией гвардейцев не наблюдалось, удержать же корабль они точно не могли, как не могли и противопоставить чтолибо его возможным враждебным действиям. Видимо, эта мысль пришла в голову не только пилоту, потому что рекны заметно нервничали.
– Платина, думай потише, – недовольно буркнула Агата, отрываясь от безмолвной беседы с Ардо. – Перепугаешь этих обормотов, потом хрен докажем, что мы хорошие.
Варфоломей ухмыльнулся, но совету последовал. Что такое «думать потише», он не знал, но на всякий случай решил поразмыслить о чемто менее агрессивном, чем объяснение гвардейцам (всем вместе и каждому персонально), что он думает о нападении взрослых тренированных бойцов на беспомощных юнцов. Стоило ему начать прикидывать, что бы такое вытащить из киберповара, чтобы и самому полакомиться, и Ардо угостить, как рекны стали успокаиваться.
Так прошло несколько часов, тени передвинулись и стали заметно короче, а Димы все не было.
– Знаешь, Макс, вот мы с тобой давно знакомы, спорить будешь? – Десница, согласившийся с предложением шарларраха сделать перерыв в переговорах и немного передохнуть в спокойной обстановке, остался наконец с Заславским и Бартеневым тетатет. Разумеется, за ними наблюдали, и уж, конечно, комната прослушивалась, но некоторая иллюзия уединения всетаки была.
– Не буду спорить, – спокойно кивнул Заславский.
– А раз не будешь, то вот что я тебе скажу: не всякий штатский так облажался бы, как ты.
Макс хотел было возмутиться, но быстро потух, глядя, как один за другим загибаются пальцы Десницы, и слушая его размеренный голос, перечисляющий имеющие место быть ляпы и проколы.
– Одну станцию лестиан разнесли, молодцы. А со второйто как же? Вот уж они там сейчас все такие благодушные сидят, могу себе представить. И подкрепление наверняка вызвали. Нападение тварей на «Бритву» прошляпили? Прошляпили. Связи с кораблем нет, то, что имеется, – это не связь. Хорошо хоть на помощь смогли позвать – но единственный одноразовый передатчик! Уму непостижимо! В остатках подразделения – бардак. Командир «Чаек» шляется в патруле, вместо того чтобы сидеть на жопе ровно и руководить процессом. Пять человек потеряли в этих самых патрулях, это ж надо было постараться! И сам ты хорош, с утра глаза залил. Чем Горин думал, ставя тебя директором этого циркашапито… Помолчи, Макс, я ведь не для ругани говорю – для дела.
– Все сказал? – мрачно осведомился Заславский. – Молодец. Ты сказал, я послушал. А теперь я жду либо конструктивных предложений по прекращению циркашапито… либо извинений. Тебя бы в мою шкуру. Вы, ребятки, у себя в «единорогах», по сути, рейнджеры, решаете задачи строго унитарные и только слаженной группой. Если бы мне тут надо было прилететь, раздолбать и улететь, я бы даже думать не стал. Прошелся бы с низкой орбиты каскадным дождем – и привет горячий, пишите письма мелким шрифтом. А касательно цирка… знаешь, Дима, земля слухами полнится. И как ктото с Волги полборделя вывез, не побрезговав при этом еще и половиной завода – уже вся галактика знает. И ладно бы на Землю – а то на Закат утащил.
– Полборделя и ползавода… – раздельно выговорил Десница, радуясь про себя, что Агата осталась в корабле. – Интересно, откуда… ах да, это у вас связи нормальной нет, а радиобуй сохранился, а трепачей везде хватает, хоть ты расстрелом грози, хоть действительно стреляй. Полборделя и ползавода, значит… на Закат… Знаешь, Макс, не был бы ты мне… ну, другом не другом, а коллегой… отдал бы я тебя в эти полборделя на перевоспитание. И посмотрел бы, как ты будешь строем отжиматься, предварительно ползавода отгрузив. Вручную. На Землю. Ладно, об этом потом. Если обмен любезностями закончен, Максим Викторович, то давайте составлять план совместных действий. – Голос Димы стал холодным, фразы слетали с языка чеканно и резко. – Связь у вас отсутствует, то, чем вы пользуетесь, – это, повторяю, не связь. Далее. Оставлять «Ревель» здесь вы не хотите. Я нахожу это неразумным, но воля ваша. Следовательно, вы