Цель обманывает средства

Раз полная орбита?
– Тут люди, – буркнул пилот. – Вдруг вытащу кого… эти гаврики ведь не шутят. А здесь, в здании, например, две метки – ты и ктото еще. На шестом.
– Ладно, парень, – Десница уже принял решение, – руки можешь опустить. Пошли наверх.
Дверь в номер открылась сразу же, как только мужик, перехвативший Кондового на лестнице, постучал. В проеме мелькнула, тут же смещаясь вбок, женская фигура. Толком рассмотреть ее не получилось – в комнате было темно.
– Проходи, Варфоломей, – приглашающее махнул рукой его проводник. – Знакомься, это Агата, она местная. Я – Дмитрий Десница, майор спецназа, Российская Империя. Всего две метки, говоришь?
– Живых – две, – подтвердил Варфоломей, озираясь по сторонам.
Плохо входить из освещенного помещения в неосвещенное, пусть даже в коридоре горели лишь тусклые «ночные» лампы. Со временем глаза адаптируются, но сейчас проникавшего с улицы скупого света хватало лишь на то, чтобы не натыкаться на мебель. Лица женщины он, к примеру, разглядеть пока не мог, отметил только, что волосы у нее коротко острижены и по меркам Заката сложена она хрупковато.
– В общем, так, – сказал представившийся майором мужик, приваливаясь плечом к стене и производя какието малопонятные в темноте манипуляции с пистолетом. – Я сейчас пробегусь, попробую посмотреть, что к чему. Вы двое сидите здесь тихо, как мыши, ясно? Кстати, Агата, что это за просьба убрать номер? Зачем?
– Будь это обычные пираты, то, увидев такую табличку, они вряд ли стали бы ломиться внутрь, – пояснила устроившаяся в кресле женщина. – Ушел постоялец, по бабам или еще куда, просит в его отсутствие прибраться. Ценности, скорее всего, в сейфе, а с пустого номера толку немного. Сканер живых объектов – штука громоздкая и тяжелая, а инфравизор через эту дверь не взял бы, «Пальмы» – заведение солидное.
– Логично, – усмехнулся имперец, – молодец. Ладно, я пошел. Еще раз повторяю, вернусь – постучу.
Он побарабанил пальцами по стене, глядя при этом на Кондового. Тот кивнул в знак того, что понял.
– Если ктото открывает дверь без стука, карточкой – это враг. Понял, пилот? Стреляй сразу, думать тут некогда и не о чем. Если к рассвету не вернусь – выбирайтесь сами.
С этими словами майор развернулся на каблуках и исчез за дверью. Женщина почти сразу же встала из кресла и прижалась к стене у окна, глядя на улицу.
– Варфоломей, ты голодный? – неожиданно поинтересовалась она. – Тут на столе… ага, ушел… есть чем поживиться. Приступай, а я пока коекуда сбегаю. Стук в дверь запомнил?
– Так… это… он же сказал – в номере сидеть, – опешил Кондовый, но в ответ услышал только презрительное хмыканье и хлопок закрывшейся двери.
Впрочем, занервничать он, занятый холодными закусками, не успел. Не прошло и пяти минут, как раздался условный стук, а когда Варфоломей открыл, внутрь протиснулась Агата, прижимающая к груди объемистый сверток. Теперь пилоту удалось рассмотреть ее поподробнее, и увиденное ему понравилось. Симпатичная, даже очень. Ну да, худощава, но грудь вполне достойная, а остальное приложится, было б кому откормить.
Между тем девица проскользнула в спальню и уже оттуда донеслось:
– Мне надо переодеться. Чур, не подглядывать!
Это девчоночье «Чур!» одновременно умилило Кондового и слегка разозлило. Не сказала бы не подглядывать – ему и в голову бы не пришло, а так… Сиди теперь, мучайся… женщины!
Вернулась она на удивление быстро. Теперь вместо легкомысленного платья на Агате был мешковатый комбинезон явно с чужого плеча, а на смену туфелькам пришли добротные армейские ботинки размера на два больше, чем нужно. Поверх комбинезона была напялена разгрузка, и девушка принялась деловито распихивать по карманам содержимое сумочки и чтото, прихваченное со стола.
Резкий сигнал заставил Варфоломея подпрыгнуть, но Агата только досадливо чертыхнулась и хлопнула ладонью правой руки по запястью левой. Сигнал смолк.
– Ну вот… и как теперь быть прикажете? Нашему майору укол пора делать, а он смылся, – проворчала она.
– Укол? – не понял Кондовый. – А что с ним такое?
– Да ранен он, ранен! – зло бросила девица. – Там такая трасса через все туловище… эх, не сообразила я… ладно, что уж теперь. Ты поел?
– Поел, не беспокойся. Хрень какаято эта ваша икра, рыбой пахнет, в брюхе не чувствуется… Ты самато перекуси, когда еще придется.
– Резонно, – вздохнула Агата, и некоторое время в номере стояла тишина, прерываемая только еле слышным постукиванием приборов и звоном хрусталя.
Однако молчание, видимо, начало действовать девушке на нервы. И то сказать: держалась она удивительно хорошо, впору соотечественнице Кондового.
– Варфоломей,