Цель обманывает средства

Вы чего добивались? Отношения с рекнами завязать? Так дипломатов надо было посылать! Дипломатов! С соответствующим сопровождением. Или ксенологов. Я понимаю, что ксенологи только у евриков есть, но ради такого случая можно было бы и договориться. Я бы полетел консультантом, не вопрос, так все равно одним кораблем там делать было нечего. А ежели хотели военное присутствие обозначить – так тут не эсминец нужен с котятами на борту, а линкор!
– «Серебряные чайки» тебе котята, Заславский?! – Горин тоже начал заводиться.
– В создавшейся ситуации – безусловно! Ты к словамто не цепляйся, Геннадий Владимирович, ты в суть вникай! Планетарная разведка, ха! Ну вот на кой они там сдались? Да, по тем вводным, которые ты озвучил, – в самый раз, не спорю. А что ты не озвучил? Или твои орлы из первой миссии совсем работать не умеют? Группа поддержки – это и вовсе отдельная песня. Нет, за Десницу спасибо, конечно, базара нет, Дима – молодец, и пилот у него обалдеть, а уж про девчушку и вовсе молчу, вон, Отто до сих пор в себя прийти не может. А вот кого ты с ними отправил?! – Заславский ткнул пальцем в сторону выхода из дока, в который несколько минут назад укатили «Саркофаг» с находящейся внутри Юлией. Точно такой же, новый, с полным ресурсом, Горин пообещал прислать взамен незамедлительно. – Это ж курам на смех – свести вместе разведенцев и рассчитывать, что будет прок! Госпожа следователь чтото доказать решила, полезла на рожон и жива только потому, что эти ребятишки, – хрустнули позвонки, когда подбородок дернулся назад, на откинутую аппарель «Бистяры», – стреляют раньше, чем думают, и с криобоксом умеют обращаться!
– Максим!
– А мне что теперь делать? О да, страховка – это здорово, а как насчет корабля? Кто мне тут чтото пристойное продаст? Вот скажи ты мне, глупому, ты на это и рассчитывал? Дескать, останется Заславский безлошадным и будет ходить, куда пошлют, никуда не денется?! Спасибо, утешил!
– Вы забываетесь, майор!
– Майор?! Ах, майор?! – Макс резко поднял руки к плечам, сорвал с них погоны и швырнул под ноги Горину. – Все! Баста! Ясно, ваше превосходительство?! Был майор, да весь вышел! А хоть бы и без пенсии, проживу! Честь имею!
Заславский развернулся на каблуках, почти взбежал по аппарели и уже наверху грохнул кулаком по обшивке. Он не хотел никого видеть, и слышать тоже не хотел. И, пожалуй, именно этот кораблик мог в сложившихся обстоятельствах обеспечить ему одиночество и тишину.
Сейчас на борту «Бистяры» были только два члена его экипажа, все остальные разошлись и разъехались кто куда. Платина и Агата покидать корабль не спешили. Экстерриториальность, гарантированная международными соглашениями и присутствием в доке нескольких сотрудников посольства Заката под предводительством Ставрина, позволяла им вообще не общаться с Гориным и его людьми. Чем пилот на пару с суперкарго и пользовались самым беззастенчивым образом, даже попрощались со своими пассажирами не выходя из рубки. Этот последний момент, похоже, порядком разочаровал подчиненных Бартенева, но – и это было вполне объяснимо – пришелся по вкусу Яне Дорощенковой. Не хотела она, в отличие от «чаек», лишний раз встречаться с госпожой Ставриной.
Макс с трудом удержался от того, чтобы – для прояснения мыслей – вцепиться в свою редеющую шевелюру, и шагнул в коридор. Шагнул – и наткнулся на подпиравшего переборку невозмутимого Варфоломея. В паре шагов от него стояла Агата, лицо у нее было сочувствующим. Вот тебе и одиночество…
– Максим Викторович, я тут подумал, – начал без обиняков пилот. – Вам нужен корабль, так? А на Земле вы ничего пристойного не купите.
– Это уж точно, – процедил Заславский.
– Возьмите, – закатец протянул Максу карточку. – Свяжитесь со мной через пару недель, когда со страховкой разберетесь. Думаю, на Закате удастся подобрать чтонибудь приличное по вашим средствам. Мы с Агатой пробежимся по семейным связям, чтото да сложится. Уж на тричетыре варианта можете смело рассчитывать.
– Спасибо… – Не ожидавший такого оборота Заславский спрятал карточку в нагрудный карман.
– Да не за что пока.
– А вы что же, на Закат теперь?
– Сначала – туда, – задумчиво улыбнулась молчавшая до того Агата, – а там видно будет.

Москва, сентябрь 2010 – май 2011