Цель обманывает средства

до сна, потому для меня выбор как бы и не стоял. А Алекс фон Строффе… Не знаю, «Ревель». Расскажешь ему, кто ты?
– Нет! И вам никому не позволю, уж извините. Незачем ему это знать, и так шок будет такой, что не знаю, справится ли наш Отто. – «Ревеля» явно крайне беспокоила эта тема.
– Вот видишь, ты говорить не хочешь. А ведь для него это зацепка была бы хоть какаято, понимаешь? – Дирк смущался, чем дальше, тем больше. Сам размороженный, он крайне сложно перенес всю историю. Да и неловко ему было вроде бы как за спиной капитана и доктора обсуждать всю эту ситуацию.
– Не нужны ему за прошлое зацепки, мне кажется. Тебе подругому нельзя было, а ему ни в коем случае не стоит. Двести лет, Урмас, это не пятьдесят, ты верно заметил. Ладно, что гадать сейчас? Вот выдернем – тогда и посмотрим, – свернул «Ревель» скользкую тему. Урмас Дирк в ответ кивнул и уткнулся обратно в кружку с соком. Ему тоже не очень хотелось это все обсуждать, и канонир был рад тому, что «Ревель» деликатно все закончил.
Иса Исмаил Агар, майор разведки Халифата, редко стоял перед кемлибо навытяжку, но вот генерал альБергун по прозвищу Каменный Эмир вызывал у майора именно это желание. Сейчас Каменный Эмир, попыхивая трубкой, взирал на Ису с явным укором. И Иса понимал, что Эмир прав. То, что получилось с Тимом Шеви, не лезло ни в какие ворота, и майор Агар справедливо обвинял в этом себя. Генерал же, оправдывая свое прозвище, просто смотрел в глаза провинившемуся офицеру и не произносил ни звука. Через некоторое время, решив, видимо, что с Агара хватит, альБергун покачал головой и задумчиво произнес:
– Иса, а что стало с контактами этого Шеви? Вы смогли их установить?
– Так точно, смогли. В самой корпорации, как вы понимаете, интересного мало – не считать же его контактами подчиненных? Мы нашли русскую девку, ее зовут Яна Дорощенкова, она живет в Москве, покойник наш регулярно общался с ней.
– Кто она ему? – все так же задумчиво произнес Каменный Эмир.
– Мы пока этого не знаем. Французская шлюшка тоже этого не знает, мой эмир. – Иса склонил голову в подобострастном поклоне.
– Ах, Иса, Иса. Кто же так говорит о женщине? Разве это достойно воина? – генерал покачал головой. – Нет, Иса, с таким подходом ты навсегда останешься оперативником. Причем, аллах свидетель, не самым исполнительным. Тебе и твоей группе дано было все, а что вы сделали? Переспали с однойединственной француженкой, выслушали кучу бреда ревнивой и завистливой женщины, устроили оргию, настолько противную, что я даже не хочу вспоминать об участии в этом моих людей. И что? Первая же попытка выйти на контакт с единственным заинтересованным лицом, с информированным лицом, и? Самоубийство? Иса, тебе не кажется, что покончить с собой должен был не этот неверный?
Майор вздрогнул, склонил голову еще ниже. Каменным генерала альБергуна прозвали за полное отсутствие эмоций. Он с одинаково непроницаемым лицом хвалил своих людей и ругал их. На лице его не дергалась ни одна мышца ни когда ему докладывали об успехах, ни когда ему сообщали о провалах. Невозмутимость Каменного Эмира давнымдавно стала притчей во языцех, и невозможно было предсказать, что будет дальше – он мог приказать майору Агару покончить с собой, а мог и отправить исправлять допущенные ошибки. Иса не знал, чего ожидать от своего командира и повелителя, а альБергун продолжил:
– Значит, так. Русскую девчонку пока не трогать, просто наблюдайте. Найдите любовника француженки, изза которого она настолько сошла с ума, что легла под вашего агента. Понаблюдайте за ним, где он и чем занимается. Если он имеет хоть какоето отношение к тому, что стало с инопланетником, то он должен это както сейчас проявить. Рабочие контакты в корпорации, с которыми общался покойный гяур, проверить старательно. Если там ктонибудь чтолибо знает – я тоже хочу это знать. Трясите его подчиненных, трясите его начальство, трясите кого угодно, но я должен знать, что они сделали с инопланетником. И вот еще что, Иса, я тебя аллахом и Мухаммадом заклинаю, не допусти ошибки на этот раз. Я слишком долго растил тебя, ты мне как сын, но следующая твоя ошибка станет последней. Не подведи меня, Иса Исмаил. Я надеюсь на тебя. Пошел вон, работай.
Иса, толькотолько вставший по стойке «смирно», опять склонился в поклоне и задом вышел из кабинета. Когда перед лицом его закрылась дверь, майор Агар выпрямился, сквозь зубы помянул шайтана и иблиса и быстрым шагом направился к выходу, по дороге вызывая своего подчиненного. Надо было заказать билеты и вылетать к русским, иблис их раздери!
До самого перехода к разговору об Алексе фон Строффе и его корабле больше не возвращались, а когда открылся тоннель – стало и в принципе не до разговоров. «Ревель» в очередной раз просто