Целитель.

каникулы. Настал знаменательный день — идем подавать заявление в ЗАГС. Настя нарядилась, я тоже …. форму погладил. Гражданской одеждой обзавелся, но больше повседневной. Празднично-выходной остается военная форма. Отстояли небольшую очередь, заполнили бланки. Всё буднично. Назначили нам на 8 августа. Остался мне месяц свободной жизни. Хотя в реальности ничего не изменится. Дальше отправились по магазинам — присмотреться к свадебным аксессуарам. Настя без умолку трещит про свадьбу, как организовать, кого пригласить.
  — Да мне все равно, приглашать некого, родители только приедут. Я бы ограничился просто семейным кругом.
  — Хочешь меня лишить такого удовольствия? Это же один раз на всю жизнь!
  Как раз подходим к метро, издалека вижу Раду. А это идея!
  — Ну, если свадьба, то тогда с размахом. Цыгане, медведи. Смотри вон цыганки стоят, хочешь, погадают тебе?
  — Да они все шарлатаны! Могут обмануть на раз два
  — Ты же знаешь, на меня воздействовать не получится у них. Давай ради прикола.
  Подходим, Рада стоит с незнакомой молодой цыганкой, чуть приотстав, делаю ей сигнал, прижав палец к губам. Незачем Насте знать, что мы знакомы — она и к столбу приревнует.
  — Какая красивая пара — сразу клюет напарница Рады — Вижу, у вас намечается события, что-то интересное поведаю.
  — Пусть лучше она — показываю на Раду — погадай моей девушке на будущее — протягиваю ей 10 рублей.
  — Погоди золотой — отводит она руку — Не возьму я с тебя денег, вижу я почти цыган ты по духу, грех брать с тебя. Иди сюда красавица, я тебе все, что ждет, расскажу.
  Отводит Настю в сторону, слов не слышно, посмотрим, как Рада долг отработает. Вторая в недоумении от поведения Рады пытается меня взять в оборот, для интереса сую ей руку. Как она интересно отреагирует? Та не особо вглядываясь, начинает трещать какой-то бред. Обрываю её.
  — Хватит! Ты Раде кто?
  — Сестра. Ты её знаешь?
  — Она говорила, что старшая в семье, а ты на вид ровесница
  — Сводная сестра. У нас мать одна, а отцы разные.
  Возвращаются Рада с Настей. Вид у Насти задумчиво-довольный. Напрогнозировала ей, наверное, верного мужа на всю жизнь.
  — А что цыгане, на свадьбах выступаете? — пользуюсь моментом
  — Конечно, есть у нас артисты — понимающе отзывается Рада.
  — Отлично, если надумаем, я подойду к вам. Держите, это не за гадание, а просто…. на мороженое — кладу все-таки червонец сестре Рады.
  — Что там тебе такое интересное нагадали? — в вагоне спрашиваю притихшую невесту.
  — Нельзя рассказывать, а то не сбудется! — Это та, которая про шарлатанов говорила, хорошо что цыганка подставная.
  Сегодня бездельничаем, пока никого не привезли. Врач вообще ушел к своей зазнобе в травматологию, я с медсестрами-близняшками, Аней и Аллой развлекаюсь. В смысле болтаем, а не то, что вы подумали. Звонок, Аня берет трубку.
  — Да, здесь. Хорошо — вешает трубку и говорит уже мне — Тебя ждут в хирургии. Помощь требуется.
  Хирургия в соседнем здании, пять минут ходу. На вахте отправляют в палату, у койки больного собрался целый консилиум — три врача, зам.начальника госпиталя. Больной, похоже, шишка какая-то.
  — Сержант, может, ты нас бестолковых просветишь, что происходит. Неделя после операции, а температура не падает. — С долей иронии обращается зам.
  — Попробую — найти очаг инфекции бывает порой трудно. Но не в этом случае, уже через минуту обнаруживаю недалеко от линии разреза непонятную субстанцию. Не сразу понимаю, что это такое, потом доходит — что-то неорганическое. И явно не принадлежит этому телу. Больше всего похоже на ватный тампон. С вероятностью 99 процентов температура от этого. Но при больном такое нельзя говорить. Немыслимо — в таком госпитале и такой косяк! На всякий случай осматриваю всё тело. Да, других причин не вижу.
  — И так, какой вердикт? — Зам.начальника явно ко мне не равнодушен.
  — Давайте в ординаторской, я там на макете покажу — увожу врачей от больного. Моему рассказу не поверили. Делавший операцию врач обиделся, стал возмущаться. Решили сделать УЗИ. Пока ждем результатов, слоняюсь по отделению, нескольким больным помог в заживлении.
  — Алекс? — с койки на меня смотрит беленький паренек. Что-то смутно знакомое. Кто меня может называть Алексом?
  — Да, а ты….?
  — Я Питер. Помнишь, в лагере ты меня лечил?
  — А, точно! Как ты здесь оказался?
  — Мой папа в посольстве работает. Ну и мы с мамой переехали. А в госпиталь с аппендицитом попал.
  — Аппендицит это ерунда! Давай я еще ускорю выздоровление — сажусь и заращиваю швы. Хоть сейчас выписывай. Оказывается, живет