Целитель.

   С Майкой нам оказалось еще и по пути домой. Выходили на одной станции метро. Хорошо Настя почти не ревнивая, но все равно можем оба огрести. Это пока наша группа на лабораторных задерживается, Настя меня не ждет — спешит обед готовить. А ужин за мной.Сегодня, выходя из метро, вижу Раду. Давно её не было.
  — Пойдем к цыганке, она тебе погадает — говорю Майке.
  — Ты что? Я их боюсь!
  — Ты будущий врач! Тебе нельзя никого бояться — тащу её за руку.
  Рада сегодня сама, увидев меня, улыбается, но заметив рядом Маю, недоуменно спрашивает взглядом — Кто это?
  — Привет Рада! Где пропадала?
  — Привет лачико! Ездили с тётей по стране. У тебя новая чаюри?
  — Знакомься, это Мая, моя одногрупница. Мая — это Рада, моя …. хорошая знакомая.
  — Хочешь, я погадаю твоей подружке? — сама предлагает Рада.
  — А давай — решается Майка.
  Мне опять не дали послушать, попросили отойти. Блин, надо было Раду заранее предупредит, чтобы нагадала ей кого-то непохожего на меня. Даже дольше чем Насте рассказывала — набралась опыта в поездке. Наконец закончили, подхожу.
  — Ну что, подружка, ничего страшного ведь?
  Майка улыбается загадочно. Видимо довольна.
  — А мне вот не хотят гадать. И не говорят почему — жалуюсь Майке на цыган.
  — А ты не спрашивал — спокойно отвечает Рада
  — То есть это не секрет? — удивляюсь притворно я
  — Нет конечно. Только другим знать нельзя.
  — Я отойду? — Мая идет к книжному киоску.
  — По твоей руке никто ничего не прочтет. Такие руки, как мне сказала тётя, у великих колдунов и целителей. Через них у тебя большая сила идет. Ты сам можешь, кому угодно предсказать судьбу.
  — Даже так? — задумчивость не понадобилось изображать — А что, цыгане знают живых колдунов? Познакомишь?
  — Я знала папо Драго, он многое умел. От него ничего нельзя было скрыть. Знал всегда, что я делала, о чем думаю. Но не предсказывал, говорил жить будет не интересно, если знать будешь. Умер он три года назад. А другие .. .. есть конечно. Но гаджо нельзя о них рассказывать.
  — Ах вот как! Ладно, ладно. Попросишь ты меня полечить тебя, я тоже скажу что нельзя.
  — Не обижайся. Я не знаю, а другие кто знает — не скажут.
  — А ты попробуй узнать. Я в долгу не останусь. Тетя твоя права, я правда целитель, многое могу лечить. А вот насчет колдовства никак. Это же только по наследству, наверное, передается. Хотелось бы встретиться с таким как я для обмена опытом.
  — Я попробую, но ничего не обещаю — задумалась Рада.
  — И на том спасибо. Что за гадание должен? И кстати ты ей там про меня ничего не вздумала сказать? Не дай бог будет надеяться на что-то.
  — Не бойся, я не дура. У тебя Настя хорошая, не обижай её. А этой как обычно — жениха красивого да детей. Думаешь много бабам надо? А за гадание — должен будешь, я напомню, когда время придет.
  Вот как значит, я еще и колдун. Только колдовать осталось научиться. Абра кадабра, шурум бурум. Мне можно в циркачи пойти.
  — А что такое чаюри? — Майка, я про неё и забыл, задумался.
  — Чаюри? Девушка.
  — А лачико? Ты знаешь цыганский?
  — Несколько фраз всего. Лачико значит симпатичный, хорошенький. Это она шутя так назвала.
  — А как ты с ней познакомился? У тебя много цыган знакомых? — Вот блин, пристала, любопытная.
  — Знакомых разных хватает. Что тебе нагадала? Секрет? — перевожу на неё разговор.
  — Да обычную ерунду. А деньги она почему не просила? Первый раз вижу цыганку, чтобы бесплатно гадала.
  — Она не бесплатно, дружески. Она мне услугу оказывает, я ей чем-нибудь помогу, ты мне. Взаимовыручка. Всё, мне направо. До завтра!
  Завтра уже с Настей домой, придется их познакомить. Надеюсь, не подерутся.
  Выхожу из лифта, у двери напротив нашей на корточках сидит пацанёнок, лет 10. В футболке и носках. Кажется, на свадьбе его видел.
  — У тебя что, дверь захлопнулась — интересуюсь у него. Молчит, уставившись в пол.
  — Ты разговаривать умеешь? — опять никакой реакции. Звоню в нашу дверь.
  — Ты что, ключи забыл? — открывает Оля.
  — Нет, не забыл. Глянь, ты его знаешь?
  — Димка! Опять отец пьяный? Иди к нам. Саша, тащи его сюда — командует тетя.
  Завожу, слегка упирающегося пацана, в квартиру. Оля уводит его на кухню, я иду переодеваться.
  — Саша, может ты его закодируешь? — заходит Настя.
  — Кого, Димку?
  — Не прикидывайся, отца конечно. Трезвый нормальный человек, а как выпьет…
  — А мать есть?
  — Умерла в прошлом году — вздыхает Настя — Вот он с тех пор и пьет. Димку уже хотят в интернат забрать.
  — Я только с его согласия могу. И то не факт.