Целитель.

детей с наиболее сильными поражениями. Одну медсестру и всё. Пару человек в день смогу поставить на ноги. Желательно в небольшой палате работать.
  — С палатами проблема, в самой маленькой двенадцать человек. Выделю свой кабинет, занимайся там. Ира! — подзывает медсестру — Проводи доктора, поступаешь в его распоряжение.
  Иду следом за миниатюрной брюнеткой в коротком халатике. Чувствуя мой взгляд, оборачивается, строит глазки. Не зайка, не до тебя. Заходим в палату, она делает жест рукой, типа выбирай с кого начать. Да уж, человек 12 в палате, все лежачие.
  — Давай с меньших по возрасту. А девочки есть?
  — Да, в других палатах. Вот Олег тогда, он без сознания с утра.
  Хорошо кровати на колесиках, перекладывать не нужно. Вдвоем с Ирой закатываем мальчика в кабинет заведующего и я ухожу в работу. Так как уже вечер ночевать думаю, останусь тут же, диванчик стоит в кабинете. Мальчику лет 12, лицо не пострадало, но остальное…. До пояса всё почти черное, выше пузыри.
  — Одежда на нем расплавилась, по кусочку снимали — тихо говорит Ира — Тут большинство такие. Они спали уже, когда взрыв был. Кто одет полностью, многие сгорели, в морге трупов столько неопознанных.
  — Ужас. Чем лечите? Пересадка кожи?
  — Откуда её взять столько. Свою вот у него не возьмешь, родственники если дадут, но не факт что приживется.
  — Ладно, Ира, сделай мне кофе и свободна, я поработаю, сколько смогу и тут покемарю.
  Смог до двух ночи, с перерывами. Обработал наиболее пострадавшие участки, осталось совсем немного. Утром закончу и можно приводить в чувство. Отключаюсь, едва коснувшись дивана. Утром просыпаюсь от голосов — у кровати Олега стоят заведующий и еще врач.
  — Фантастика! Нет, ты помнишь, как он выглядел вчера? Я думал не выживет, а тут как новая кожа — удивляется врач.
  — А как вы думали? — потягиваюсь я — Новые технологии, скоро вы без работы останетесь.
  — Да если без такой как эта я согласен — не спорит зав.отделением — Иди в столовую, там тебе завтрак оставили.
  — А телефон междугородний где можно найти?
  — Телефон? Зайди к главному, думаю не откажет.
  После завтрака нахожу кабинет главврача. Тот без вопросов разрешил позвонить, даже оставил одного в кабинете. Настя заверила что у неё всё в норме, работай, говорит спокойно. Идет на защиту, ей и рассказывать ничего не придется — посмотрят на неё, поздравят с окончанием учебы.Теперь за работу. Олежка, пока я ходил, сам пришел в себя. Ну да, организм увидел, что опасность миновала — можно сознание включать. Первый вопрос мальчик задал о маме.
  — А где его мама? — спрашиваю Иру — Или кто из родственников есть?
  — Мама? Ну…., тоже у нас — замялась медсестра — Почти в таком же состоянии как он был.
  — Главное жива — успокаиваю я — Вот с тобой закончу и посмотрю твою маму.
  Мама Олега, оказывается, была вожатой, сопровождала группу детей в лагерь. После взрыва спасала их, вытаскивала из вагона, выводила к деревне. Получила тоже множество ожогов, процентов 50 кожи. Но к ней я добрался только вечером, сначала закончив с Олегом, занялся девушкой тоже находящейся в коме, даже имени её не знали. Опять до часу ночи, так каждый день. По утрам звонил Насте, убеждался, что всё в порядке и в бой. Периодически появлялись родственники пострадавших, совали деньги, несли спиртное, продукты. В конце концов, запретил Ире их пускать ко мне — сказал, пусть всё принимает и на общее пользование для врачей. Одиннадцатого июня уже под вечер, занимаюсь с очередным пациентом — помощником машиниста, ничего вокруг не замечаю. Трогают за плечо, поднимаю голову — полный кабинет народа, врачи, медсестры, даже технички.
  — Поздравляем! — хором кричат все — С первенцем!
  — Только что звонили — сообщает главный — Сын у тебя родился. 4.400 вес, всё замечательно, мама тоже в норме.
  Пришлось выставляться. Спиртного родители столько уже притащили, что даже много было. И закуски хватало от них же. Смотались только за пивом, на скорой. Мне вручили пухлый конверт, скинулись отделением ‘на коляску’, плюс родственники больных, которых я лечил.
  После этого я удвоил усилия — хотелось быстрее домой, увидеть сына. Но к выписке тоже не успел, только через неделю остались больные с небольшими повреждениями. Справятся и без меня. Остальные московские спецы к тому же остались еще. Билет на самолет получил по звонку с обкома партии (племянник первого секретаря был среди пострадавших). Рейс задержали на три часа, как объявили — по техническим причинам. Но вот, наконец, в воздухе. Остался какой-то час полёта и я с моими родными!
  Время ночное, пассажиры дремлют, мне одному не спится. Внезапно резкий