Целитель.

— наконец ожила — только не деньгами
  — Натурой тоже не предлагай. Мне пока одной хватает. Слушай, а ты танцевать умеешь? И петь?
  — Умею немного, а что?
  — У меня свадьба в августе, возникла идея цыган пригласить. Если невеста поддержит.
  — У нас дядя Шандор на свадьбах выступает с семьей. Я маленькая с ними иногда ходила. Могу познакомить.
  — Обсудим с Настей, потом видно будет. Ладно, Рада мне пора, удачи в труде.
  Настя дома, готовится к очередному экзамену. Изображает обиду, что долго меня не было, шуточная потасовка переходит в обнимашки в горизонтальном положении. Беру её руку, рассматриваю. Почти такая же, как у Рады, не вижу больших отличий. Смотрю, сравниваю со своей. Странно, у меня совсем другая картина. Те, которые у Насти выделены сильно у меня совсем незаметные и наоборот, которые у неё слабо видны или вообще отсутствуют у меня очень заметные.
  Настя тоже заинтересовалась линиями на моей руке.
  — Никогда такие не видела. У тебя с рождения так?
  — Не знаю, как будто с рождения. Не обращал внимания. Возможно, с тех пор как лечить руками стал. Ты к экзамену готова?
  — Через три дня, успею подготовиться. Ты так и будешь через день приходить?
  — Я еще не муж тебе, когда хочу тогда и прихожу — заработал ногтями в бок, больно!
  До конца недели доработать мне не дали. В четверг главврач с сожалением со мной простился. Но пообещал посодействовать досрочному увольнению. И в пятницу отправляюсь в военный госпиталь. Начальник был в отпуске, меня ждал зам. — Игорь Васильевич Завялов
  — Отдохнул на гражданке? Пора и послужить. Щучу, расслабься, я в курсе как ты там работал. Во-первых, как начальник госпиталя присваиваю тебе звание сержанта. И ставим на должность санитара с окладом 120 рублей. Другой никакой не приходит на ум. Закончил бы первый курс, можно было медбратом оформить. Во-вторых, с чернобыльцами мы сами справимся, поработаешь в реанимации. График как у всех, два дня днем, ночь, выходной.
  Ну что же, реанимация мне знакома. Плавали, знаем. Иду знакомиться. Там меня уже ждали, человек 10 врачей, я еще удивился, почему так много. Оказалось, собрались с других отделений на меня посмотреть. Игорь Васильевич быстро разогнал всех
  — Вот основное место работы, но если возникнет необходимость, будем в другие отделения приглашать. Что ты еще можешь лечить?
  — Всё, кроме генетических.
  — Значит есть куда расти еще.
  Врач постоянно дежурил один и одна медсестра. В трудных случаях приглашали с других отделений. Везли сюда не только военных, часто привозили просто потому, что в других не было мест или сюда было ближе. Так что хватало и стариков и детей. В отделениях лежали в основном военные или члены их семей. Сейчас было три человека, мне сказали они уже приходят в себя и нечего мне там делать. Ну и ладно, сидим анекдоты травим. О, кого-то привезли. Два санитара со скорой закатывают носилки.
  — Что там? — небрежно интересуется врач, Сергей, молодой — год как с института.
  — Девчонка с окна выпала, или выпрыгнула.
  — Какой этаж? И почему к нам?
  — Шестой. Рядом совсем с вами, дальше можем не довезти.
  — Ладно, вон туда ставьте.
  Санитары уходят, Сергей приглашающе указывает мне рукой, типа действуй. Он что, шутит? Я ожидал как в кино, крики — мы её теряем, разряд, укол в сердце. А никто никуда не спешит. Ладно, пусть так. Подхожу, смотрю. Девушка, на вид лет 16, из одежды футболка и шорты, крови немного сбоку на голове. Без сознания. Иду сверху вниз — голова ушиб, возможно сотрясение. Левая рука — закрытый перелом, три ребра сломано, внутренние органы не повреждены, левая нога — перелом бедра. Легко отделалась для шестого этажа. Докладываю результаты осмотра.
  — Переломы я не лечу, ушиб головы могу взять на себя и привести в сознание, когда с переломами закончите.
  — Рентген сделаем все равно, к истории болезни твои слова не подошьем — констатирует Сергей.
  Не успели закончить с ней, привезли еще. Милиционер с ножевым ранением. Тут уже действовали быстрее и без меня, появился хирург, еще пара медсестер. Я не сильно расстроился, и не зря. Еще один с отравлением, парень почти в бессознательном состоянии. С этим сухим законом всякую гадость пьют теперь. Вдвоем с медсестрой действуем по инструкции, клизма, промывание желудка, капельница. Брезгливости никакой, я видимо врач по призванию, всё пофиг. Уже поставив капельницу, сажусь и помогаю организму очиститься. Немного, жить будет, а помучается пусть — следующий раз думать будет, что пить.
  Вот так и потянулись рабочие будни. Настя сдала экзамены, прошла практику в одной из московских больниц, в июле начались