Цена головы

просидел, глядя в пространство. Потом набил трубку, но раскурить ее забыл. Вилла представлялась ему огромной пустой коробкой, в холодном безмолвии которой он казался себе крохотным и бессильным.
— За основу взяты неверные данные… — повторил он вполголоса.
Он хотел подняться наверх, но передумал. К чему?.. Американец мертв. Его правая рука все еще сжимаег пистолет, из которого он выстрелил в себя. Мегрэ усмехнулся, подумав, что в эту минуту следователь Комельо получает информацию о случившемся. Без сомнения, ему придется мчаться в Сен-Клу вместе с экспертами и агентами.
Напротив Мегрэ висел огромный, писанный маслом портрет м-ра Хендерсона во фраке, грудь его была украшена орденской лентой Почетного легиона и множеством иностранных орденов.
Прошагав по комнате, комиссар направился в соседнюю. Это была комната компаньонки, м-ль Элизы Шатрие. Он открыл гардероб — строгие черные платья, шелковые и шерстяные, аккуратно висели на плечиках.
Мегрэ прислушался к звукам, доносившимся с улицы, и облегченно вздохнул: у садовой решетки затормозили одновременно две машины. В саду послышались голоса.
Следователь Комельо раздраженно повторял, и голос его звучал пронзительнее, чем всегда:
— Это невероятно!.. Это совершенно недопустимо!..
Как любезный хозяин, встречающий гостей, Мегрэ вышел на площадку лестницы и, едва открылась входная дверь, сказал:
— Прошу вас сюда, господа!
Впоследствии он не раз вспоминал, как был взбешен следователь Комельо. Комельо подскочил к Мегрэ и впился взглядом ему в глаза, губы следователя подергивались от возмущения, и наконец он выдавил:
— Жду ваших объяснений, комиссар. Мегрэ молча повернулся и повел приехавших на третий этаж.
Он открыл дверь и просто сказал:
— Вот.
— Это вы вызвали его сюда?
— Я понятия не имел, что он в доме. Я оказался здесь случайно, хотел удостовериться, что мы ничего не упустили при обыске.
— А где был Кросби?
— По-видимому, в комнате тетки. Он бросился бежать, я его преследовал. Добежав до этой комнаты, он заперся и, пока я выламывал дверь, застрелился.
Следователь смотрел на Мегрэ недоверчиво, словно подозревая, что тот выдумал всю эту историю. Однако он был просто недоволен, потому что, как всякий чиновник, не любил осложнений.
Судебный медик осматривал труп. Со всех сторон щелкали фотоаппараты.
— Где Эртен? — сухо спросил Комельо.
— Он снова водворится в Сайте, когда вам будет угодно.
— Вы разыскали его?
Мегрэ пожал плечами.
— Тогда доставьте его сегодня же.
— Как прикажете, господин следователь.
— Это все, что вы можете мне сообщить?
— Пока все.
— Но вы по-прежнему считаете…
— …Что Эртен не убивал? Пока ничего не знаю. Я просил у вас десять дней, а прошло всего четыре.
— Куда вы поедете отсюда?
— Не знаю.
Засунув руки в карманы пальто, Мегрэ смотрел, как работают люди из прокуратуры. Затем быстро спустился на второй этаж, вошел в комнату м-с Хендерсон и снял телефонную трубку.
— Алло!.. Отель «Георг Пятый»?.. Будьте добры, миссис Кросби сейчас у себя в номере?.. Нет?.. Пьет чай?.. Благодарю вас… Нет, передавать ничего не нужно.
Ксмельо, последовавший за Мегрэ, стоял в дверях. Он неодобрительно смотрел на комиссара и повторял:
— Сколько осложнений! Вы только подумайте, сколько осложнений!
Мегрэ ничего не ответил. Он сухо поклонился, надел шляпу и вышел из виллы. Такси, на котором приехал, он отпустил. Чтобы найти другое, ему пришлось пешком дойти до моста Сен-Клу.
Приглушенно звучала музыка. Пары медленно и расслабленно двигались в танце. Тихая гостиная отеля «Георг Пятый», где пили чай, была полна красивых женщин, среди которых преобладали иностранки.
В гардеробе Мегрэ заставили снять пальто, и он с ворчанием подчинился. В гостиной за одним из столов он сразу увидел м-с Кросби и Эдну Рейхберг. С ними сидел светловолосый юноша скандинавского типа, рассказывающий, видимо, что-то смешное, так как женщины хохотали.
Комиссар подошел к столу и поклонился.
— Миссис Кросби… — начал он тихо.
Она посмотрела на него с любопытством, затем удивленно повернулась к своим спутникам, с видом человека, совершенно не ожидавшего, что его могут побеспокоить.
— Я вас слушаю.
— Очень прошу вас уделить мне пять минут.
— Сейчас? А что случилось?..
У комиссара было такое мрачное лицо, что она покорно поднялась и огляделась, отыскивая укромный уголок.
— Пройдемте в бар. В это время там никого нет. Действительно, бар пустовал. Они остались стоять.
— Вы знали, что