Политзаключенный Дэвид Брендом случайно попадает в другой мир, где несколько лет обучается магии и воинским искусствам. Этот мир невероятным образом увлекает его, и он принимает решение здесь остаться. Со временем герой приобретает немалую силу и учится управлять ею. Предательство и верность, любовь и ненависть, Высшее Волшебство, превосходящее классику и Формы, путешествия между мирами, сделка с богами смерти и другие необъяснимые выверты судьбы — все это ожидает землянина, прежде чем выбранный путь завершится, приведя к итогу, предвидеть который в начале пути не смог бы никто.
Авторы: Смирнов Андрей Владимирович
светом. По городу и в его окрестностях бродили тени — чаще поодиночке, но иногда и спутываясь в какие–то безобразные клубки. Было и несколько всадников, однако их лица (возможно, к счастью) Дэвиду разглядеть так и не удалось.
…Трудно было понять, сколько времени прошло. Оставив их в каком–то пустом пыльном зале, Марионель ушла, а секунды текли и текли, складываясь в минуты и часы. Алиана сделала еще одну попытку вырваться из пут, но не преуспела в этом — Властительницу Ледяного Пламени стянули заклятиями качественно и со знанием дела: она не могла ни воспользоваться «классической» магией, ни призвать Силу. Учитывая масштаб разрушений, учиненных Лэйкилом и Алианой во Дворце Правителя, нельзя было усомниться в том, что, вырвавшись, Алиана сумеет причинить и здешним обитателям массу неприятностей… Но, вспомнив о жутком привратнике (казавшемся еще более опасным и сильным, чем Марионель) и о кружившихся в воздухе скелетообразных тварях, Дэвид пришел к мысли, что, даже избавившись от пут, вряд ли они сумеют уйти отсюда.
Несколько раз проверив опутывающие его чары на прочность и не найдя в заклинании Лэйкила ни единого изъяна (он бы очень удивился, если бы нашел), Дэвид перестал трепыхаться и попытался, пока еще было время, осмыслить то, чему он стал свидетелем во Дворце.
У него до сих пор не могло уложиться в голове предательство Лэйкила. Да, это было вполне в его стиле — убить несколько миллионов людей, превратить в тюрьму целый мир ради какой–то своей выгоды, ради прихоти провести эксперимент или просто из желания «поиграть в солдатики» — по меткому выражению Марионель. «Кто мы такие с точки зрения Лэйкила? — думал Дэвид. — Никто. Он и своих–то крестьян за людей не считает, что же говорить об иномирянах… Целая планета Бездарей. Для любого Лорда Земля — то же самое, что для какого–нибудь землянина — муравейник… Просто так разорять муравейник нормальный человек не будет, но если ему это будет нужно… например, для «научных исследований«… никто в этом особенной трагедии не увидит… Алиана — редкое исключение, которое, впрочем, только подтверждает правило… Хотя… Нет, я не прав. Алиана такая же, она принадлежит к той же культуре, что и Лэйкил… По сути, она действовала как человек, далекий от «науки“, обнаруживший, что в соседнем лесу кто–то разорил муравейник… Я очень ей благодарен… я виноват перед ней… но я не хочу себя обманывать: вряд ли она стала бы помогать мне, если бы знала, чем это для нее обернется. Скорее всего, она вмешалась в это дело из–за любопытства и из–за скуки… Жаль, если она погибнет. Впрочем, — он мысленно усмехнулся, — еще печальнее, если погибну я… а это, кажется, уже неизбежно. Какой же я все–таки идиот!.. Мог бы и раньше догадаться, кто за всем этим стоит!..»
На него снова нахлынула злость. С каким удовольствием он придушил бы наставника своими же собственными руками!
Но злость ничего не меняла. Он был по–прежнему связан, неподвижен и находился в полной власти кен Апрея и черной колдуньи, называвшей своим «сюзереном» кого–то, кто повелевал страной мертвых… О том, кем мог оказаться этот «сюзерен», Дэвиду не хотелось даже и думать.
Дэвид постарался если не избавиться от злости, то хотя бы загнать ее куда–нибудь подальше… Даже если с него снимут парализующее заклинание, надо выждать, никоим образом не демонстрируя ни ненависти, ни агрессии. Бессмысленно кидаться с шашкой на танк. «С другой стороны, — продолжал он обдумывать стратегию своего дальнейшего поведения, — излишнее миролюбие тоже проявлять не стоит… Лэйкил знает меня как облупленного… Чтобы обмануть его, надо быть лицедеем самого высокого класса… Прямо лгать Лэйкилу нельзя, выказывать свои настоящие чувства — тоже. Веселенькая задачка… Хотелось бы все–таки знать, чего ради он проявлял такую заботливость о нас с Алианой. Во всяком случае, тут скрыт потенциальный конфликт между ним и Марионель… Если б знать, как им воспользоваться… Надо действовать очень осторожно… Как бы хуже не вышло. Я своего учителя очень уважаю, но он дрался с Алианой на равных… А Марионель скрутила ее в два приема. Похоже, эта дама под вуалью не только владеет Силой, но и превосходно умеет ею пользоваться… С каким снисходительным высокомерием она спросила у Алианы, когда та обрела Силу?.. По сравнению с мощью Алианы мои «колдовские таланты“ — ноль без палочки, но среди «своих“ эта ледяная колдунья слаба… или попросту неопытна».
Он лежал и думал. Никаких толковых идей по–прежнему не было. Как отсюда выбраться, на что упирать в надежде сохранить жизнь, какой стратегии поведения следовать, буде Марионель и Лэйкилу взбредет в голову пообщаться
