Политзаключенный Дэвид Брендом случайно попадает в другой мир, где несколько лет обучается магии и воинским искусствам. Этот мир невероятным образом увлекает его, и он принимает решение здесь остаться. Со временем герой приобретает немалую силу и учится управлять ею. Предательство и верность, любовь и ненависть, Высшее Волшебство, превосходящее классику и Формы, путешествия между мирами, сделка с богами смерти и другие необъяснимые выверты судьбы — все это ожидает землянина, прежде чем выбранный путь завершится, приведя к итогу, предвидеть который в начале пути не смог бы никто.
Авторы: Смирнов Андрей Владимирович
Прояснение наступило, когда он вспомнил, где слышал эту полузабытую реплику — в хеллаэнском трактире, за два дня до того, как они отправились в Пустоши. Варлег, этот жирный извращенец, жаловался, что вынужден наниматься на низкооплачиваемую работу в охране только потому, что его выперли из Службы Астральной Коммуникации. Живя в мире волшебства, Дэвид постоянно сталкивался с непонятными вещами и в тот раз так и не переспросил Варлега, чем занимается эта странная Служба. Теперь стало ясно. Образ энергетического трубопровода, проложенного через астрал, показался Дэвиду достаточно забавным, и он не мог не улыбнуться.
В этот момент оператор заметил Око, висевшее над Дэвидом.
— Здесь запрещено колдовать, — раздраженно произнес он. — Вы можете сбить настройку.
Хотя посторонних заклятий — вроде тех же голограмм — плавало в зале не меньше сотни и ещё одно вряд ли могло повлиять на заклятье пути, работавшее вдобавок на изрядном расстоянии от Дэвида, он не стал артачиться. Не тот у него статус в Нимриане, чтобы качать права по пустякам. В случае возникновения каких–либо трений с горожанином виноватым всегда окажется эмигрант.
Обычным зрением он видел, как дрожит и густеет воздух вокруг Ильбрека. В определенный момент стало казаться, что тот заключен в пульсирующий цилиндр, по стенкам которого то и дело пробегали электрические разряды. Затем пульсирующий цилиндр стал заворачиваться в спираль…
«HN–32C, сателлит Нимриана… — думал Дэвид, наблюдая, как разматывается спираль, постепенно набирая яркость. — Интересно, насколько он похож на оригинал?…»
Как–то, ещё в походе, Ивард объяснил ему, каким образом классифицируются миры. Большинство известных миров не расположены ровными рядами относительно друг друга, а делятся на отдельные системы, группы, или, как их ещё называют — потоки миров. Миры каждого потока достаточно похожи друг на друга и имеют некую общую изначальную историю. В этом смысле каждый поток миров подобен дереву, которое ветвится и разрастается с течением лет. Каким образом происходит разделение миров в узловых точках их истории, Ивард, как ни старался, объяснить Дэвиду так и не смог, и последнему пришлось принять информацию о «делении» миров просто как факт. В сердцевине каждого потока существует мир, который условно называют «оригинальным» — такой мир несет в себе наибольший заряд магического потенциала и, до известной степени, определяет общую структуру своего потока. Все известные центральные миры имеют свои названия, данные им, в большинстве случаев, путешественниками ещё в далекой древности: Земли Жемчужных Туманов, Земли–под–Радугой, Земли Двух Солнц и прочее в том же духе. Все остальные миры, примыкающие к оригинальным, называются сателлитами. Собственных имен им, как правило, не дают, обозначая номерами. Первая буква (или несколько букв) является указанием на оригинальный мир потока, цифра говорит о степени удаленности от центра, буквами в конце номера обозначаются миры, появившиеся или обнаруженные уже после первоначальной классификации. Например, буквы HN в наименовании родного мира Ильбрека свидетельствовали о том, что он является сателлитом Хеллаэна и Нимриана; 32 — тридцать вторым, если считать от центра; а «С» в конце указывало на то, что этот мир, когда–то сочтенный «тридцать вторым», с тех пор успел разделиться, как минимум, ещё на три отдельных мира.
В теории каждый поток должен был содержать едва ли не бесконечное количество миров, но на практике их обнаруживалось значительно меньше. Очевидно, далеко не в каждый момент истории у мира находилось достаточно магических сил, чтобы разделиться, подобно амебе, на две половинки. У Хеллаэна и Нимриана — двойного мира с высочайшим магическим потенциалом — количество сателлитов не превышало трех тысяч. Понятно, что подавляющее большинство существ, населявших вторичные миры, из–за ограниченности своего восприятия не способны наблюдать процесс деления мира в метамагическом пространстве и обычно даже не подозревают о существовании своих «соседей». Оригинальные миры имеют ещё одну отличительную черту — при всей насыщенности происходящих в них событий, сами они никогда не делятся, влияя вместе с тем на процесс деления своих сателлитов.
Внезапно Дэвиду пришла в голову мысль, которой, вообще–то, следовало бы посетить его гораздо раньше, когда Ивард только знакомил его с хеллаэнской классификацией.
«Черт, — подумал Дэвид, — моя родная планетка Т–1158А… выходит, она тоже сателлит? Интересно, а что, в таком случае, представляет из себя «оригинал“?… Есть ли там Винланд?… Кажется, Лэйкил упоминал, что моя Земля относится к целой плеяде таких же технологических миров… Значит,
