Политзаключенный Дэвид Брендом случайно попадает в другой мир, где несколько лет обучается магии и воинским искусствам. Этот мир невероятным образом увлекает его, и он принимает решение здесь остаться. Со временем герой приобретает немалую силу и учится управлять ею. Предательство и верность, любовь и ненависть, Высшее Волшебство, превосходящее классику и Формы, путешествия между мирами, сделка с богами смерти и другие необъяснимые выверты судьбы — все это ожидает землянина, прежде чем выбранный путь завершится, приведя к итогу, предвидеть который в начале пути не смог бы никто.
Авторы: Смирнов Андрей Владимирович
замолчал, подыскивая нужные слова. Он как будто бы сомневался — говорить или нет, но в конце концов решился: — Я полагаю, ты еще мог бы стать одним из нас.
— Ты шутишь, — усмехнулся Дэвид. — Каким образом? Шансы на то, что я веду свое происхождение из вашего клана — один к четырем.
— Это не так уж мало. Но кровь не настолько важна. Важен выбор.
— Ты хочешь сказать, что гэалец — тот, кто верен Гэалу?
— Да, именно так. Для нас верность задана самим рождением. Но ты еще можешь выбрать. Я попрошу деда подождать с… с официальным отказом тебе в праве наследства.
Дэвид не знал, как реагировать на сказанное. Насколько искренним было это предложение? Или это всего лишь искусная форма вербовки?
— Стоит ли? — наконец осторожно спросил он. — Для вас ведь это вопрос безопасности. Вы не можете быть уверены во мне… Что, если все, сказанное сегодня — вранье, и я подослан с тем, чтобы после вашей с Ксейдзаном скоропостижной кончины занять место главы клана? Твой дед рассуждает совершенно верно. То есть я хочу сказать, что не могу доказать, что это не так. Опасения вполне законные.
— Конечно, риск есть, — согласился Тахимейд. — Но я совсем не вижу в тебе угрозы. Мне кажется, что тебя занесло в Кильбрен случайным ветром, за твоим появлением не стоит никакого грандиозного плана и ты еще можешь встать на любую из противоборствующих сторон… Таково мое мнение, и я буду полагаться на него до тех пор, пока не получу убедительных доказательств обратного. Всего хорошего, Дэвид–кириксан–Саутит–Гэал. Подумай над моими словами.
Тахимейд протянул руку, и Дэвид, пожимая ее, случайно обратил внимание на кольца, которые украшали пальцы Ксейдзанова внука Одно из колец — перстень с печаткой в виде паутины. Символ селпарэлитов, если верить Фольгорму. Несмотря на молодость, Тахимейд уже был членом Ордена. Почему–то этот факт показался Дэвиду важным, но сейчас размышлять над ним времени не было, и он просто отложил эту информацию в памяти.
Ответил на рукопожатие и сотворил заклинание Пути.
— Прощай. Я подумаю.
После того как Дэвид исчез в окне межпространственного туннеля, Тахимейд вернулся в гостиную, которая, сложись разговор чуть иначе, вполне могла бы послужить ареной боя… или пыточной камерой.
Ксейдзан, полузакрыв глаза, неподвижно сидел на прежнем месте. Тахимейд плеснул в свой бокал вина и уселся напротив — в кресло, которое несколько минут назад занимал Дэвид.
— Ну и что ты об этом думаешь? — не открывая глаз, поинтересовался Ксейдзан.
— Я думаю, мы поспешили, — ответил Тахимейд. — Я ведь говорил тебе. Так мы ничего не добьемся.
— Но он назвал имя.
— А кто поручится, что это не ложь? Ты провел расследование и понял, что в этой истории есть… определенные натяжки. Но если нам солгали один раз, что мешает солгать во второй? Нужно было либо идти да конца, либо не трогать его вообще.
— И отдать инициативу в руки того, кто его прислал? — спросил Ксейдзан.
— Я почти подружился с Дэвидом. Если он ведет какую–то игру, рано или поздно он выдал бы себя.
— Нам могло не хватить времени. Ты сам знаешь, что происходит. До выборов осталось полторы недели.
— Могло не хватить. Но что мы имеем сейчас? Ничего. И если он действительно на кого–то работает, этот «кто–то» теперь знает, что его шпион раскрыт.
— Верно. Обеспокоится и совершит какую–нибудь ошибку.
— Не думаю, — Тахимейд покачал головой. — Скорее уж, сам устранит свою пешку. Или вообще ничего не станет делать. Отложит осуществление своих планов на несколько лет. Посмотрит, откажешь ли ты Дэвиду в наследстве или нет.
— Между прочим, он мог сказать и правду. То есть я просто не вижу больше никого, кроме Кетрава, кто мог бы затеять такую игру.
— А Вомфад?
— Сомнительно. Не его стиль. Кроме того, он всегда был противником слияния кланов. А в случае с Дэвидом, если это часть большой игры, речь идет именно об этом. Кстати, я поручал тебе упомянуть при нем о планах Джейбрина по ликвидации домов. Ты это сделал? Как он отреагировал?
— Удивился. Реакция, насколько я могу судить, была вполне искренней, — ответил Тахимейд.
— Она и должна выглядеть искренней, — усмехнулся Ксейдзан.
— Дедушка, я не думаю, что он такой великолепный актер. Он либо тут и вправду оказался совершенно случайно, либо он — просто пешка, которая вообще ничего не знает.
— Первый вариант я не рассматриваю.
— И напрасно. — Тахимейд покачал головой. — Очень может быть, что мы тратим время впустую.
— Внучек, пойми: Идэль сейчас представляет старшую линию наследования в клане Кион. Она сама через сто лет — либо ее дети — без всякого сомнения будут претендовать на приорат. У такой
