Политзаключенный Дэвид Брендом случайно попадает в другой мир, где несколько лет обучается магии и воинским искусствам. Этот мир невероятным образом увлекает его, и он принимает решение здесь остаться. Со временем герой приобретает немалую силу и учится управлять ею. Предательство и верность, любовь и ненависть, Высшее Волшебство, превосходящее классику и Формы, путешествия между мирами, сделка с богами смерти и другие необъяснимые выверты судьбы — все это ожидает землянина, прежде чем выбранный путь завершится, приведя к итогу, предвидеть который в начале пути не смог бы никто.
Авторы: Смирнов Андрей Владимирович
ложности уже не осталась места. Граф Неркмед был похож на человека, который час за часом, день за днем, с упорством сумасшедшего роет колодец в бескрайней пустыне, надеясь обнаружить воду, хотя по всем признакам понятно, что ее тут нет и быть не может, ни на поверхности, ни в глубине — и вот, в итоге его усилий, разверзаются небеса и мировой потоп обрушивается на землю, затопляя все — и унылую ямку, выкопанную сумасшедшим, и пустыню вокруг него, и горы, и все остальное. Не имело значения, существовали «дымы» когда–либо прежде — потому что, когда пришла Сила и дала им бытие в этой вселенной, это самое бытие распространилось не только вверх по временной линии («нечто появилось, и с тех пор оно существует»), но и вниз («нечто существовало всегда, раньше мы просто не знали об этом»). Сила входит в мир в тот или иной момент через своего агента, который одновременно также является и ее источником: Сила берет начало от кайи лорда, а его сувэйб становится для нее вратами — но, стоит ей войти, как она меняет все, что есть, и обнаруживается, что она присутствовала в мироздании всегда, хотя и в скрытом виде, пока наконец не сотворила себе соответствующее воплощение. На первый взгляд, все это содержит в себе внутреннее противоречие, и в некотором смысле это действительно так: появление, а затем и умножение парадоксов — неизбежное следствие для любой теории, пытающейся дать исчерпывающее описание реальности.
Теззи Тир не питала к Неркмеду какой–то особенной нелюбви (хотя когда–то она и прокляла его, как проклинала всех, кто отказал ей в помощи), просто он был первым подходящим Обладающим, который вспомнился ей, когда она задумалась о том, как и где будет сдавать овой последний экзамен.
— Что тебе? — спросили стражи на воротах невысокую девушку, закутанную в длинный плащ.
— Мне нужен ваш хозяин,, — ответила Тэззи. — Позовите его.
Требование позабавило стражей, однако они не ст&ли смеяться. Ведь в Хеллаэне тот, кто обладает могуществом, легко может принять невзрачный и непритязательный облик. Вероятность встречи с лордом, путешествующим инкогнито, невелика, но она существует, и о ней не следует забывать. Стражи поинтересовались именем гости, и Тэззи назвала себя, однако, поскольку следом за именем не прозвучало ни благородной фамилии, ни колдовского титула, ей сообщили, что принять ее лорд не сможет; однако она может побеседовать со старшим помощником младшего управляющего и изложить ему свою жалобу или просьбу. В какой–то момент Тэззи почудилось, что она вернулась на три года назад — настолько все было похоже. Она прошла в замок, но дожидаться в приемной своей очереди не стала — проследовала дальше, через внутренний дворик, к центральному зданию. Ее попросили вернуться. Она проигнорировала эту просьбу. Ее попытались заставить. Она превратилась в ангела истребления и убила всех, кто пытался. Скрываться больше не имело смысла. Дверь, закрывавшая вход в цитадель, была защищена чарами, и Тэззи не могла пройти сквозь нее — поэтому она ее испарила, вместе со значительным участком стены.
Она направилась к Источнику Силы, пульсацию которого ощущала внутри замка. Слуги при ее приближении разбегались и прятались, преграждавшие дорогу гвардейцы падали один за другим, демоны и боевые призраки испепелялись светом, который излучало все ее существо. Пред вратами, что вели в заду, где находилось Главное Сплетение, натиск стал особенно силен: врагов появилось так много, что они едва ли не погребли под собой светоносного ангела; каждый взмах жезла, будто сделанного из белого огня, забирал чью–то жизнь, но нападавшие не оставляли усилий; разрушительные волны энергий, исходившие от Тэззи и способные отправить на тот свет сразу множество противников, худо–бедно сдерживались объединенными усилиями чародеев, служивших Неркмеду, и покорных ему демонов. Вероятнее всего, Тэззи рано или поздно перебила бы их всех, хотя и неизвестно, каких бы усилий ей это стоило, и сумела бы она выйти из этой схватки неповрежденной — однако люди и демоны сами отступили от нее, услышав отчетливый и спокойный голос, раздавшийся из распахнувшихся врат:
— Оставьте ее! Пусть войдет.
Тэззи так и поступила. Уверенность врага в собственных силах не остановила ее, не заставила обеспокоиться или хотя бы иронично улыбнуться — вообще не имело никакого значения, что предпринимал или собирался предпринять этот червь.
Центральный зал замка Скизайд имел форму восьмиконечного креста, распадаясь таким образом на основную часть и восемь ответвлений, которые к ней примыкали. В этих вытянутых помещениях располагались магические узоры, питаемые силой Источника; в каждом ответвлении были врата: четыре вели в мир людей, четыре — в миры духов и
