Политзаключенный Дэвид Брендом случайно попадает в другой мир, где несколько лет обучается магии и воинским искусствам. Этот мир невероятным образом увлекает его, и он принимает решение здесь остаться. Со временем герой приобретает немалую силу и учится управлять ею. Предательство и верность, любовь и ненависть, Высшее Волшебство, превосходящее классику и Формы, путешествия между мирами, сделка с богами смерти и другие необъяснимые выверты судьбы — все это ожидает землянина, прежде чем выбранный путь завершится, приведя к итогу, предвидеть который в начале пути не смог бы никто.
Авторы: Смирнов Андрей Владимирович
подаренный Лэйкилом Тальдеар служил основой для защитного поля, то теперь он стал частью атрибутивного заклинания защиты. Само же атрибутивное заклинание уже не было чем–то отдельным, сторонним по отношению к Дэвиду, как классические чары или комбинации Форм — будучи сформированным, атрибут становился необходимой составляющей естества. Отменить, заблокировать или исказить действие атрибутивного заклинания классикой или Формами было практически невозможно, а вот наоборот — легко. Классика и Формы действовали в согласии с установленными правилами, атрибуты же — пусть и в локальных масштабах — вносили дополнения в сами правила.
Глядя со стороны, невозможно было увидеть никакого принципиального отличия в действиях Дэвида и Эдвина с одной стороны, и стражей замка — с другой. И там и там — выплески энергии, принимавшей какой–либо вид: вспышки огня, мешающиеся с облаками тьмы; темные сети, вспарываемые лучами света; отравленные клинки и стрелы, устремляющиеся к световым сферам, окружавшим двух ангелов… Впрочем, рассмотреть что–либо «со стороны» вообще было бы непросто: обилие выпущенных на свободу сил превратило небо над замком в нечто, напоминающее вновь и вновь прокручиваемую картинку взрыва.
Разница была не во внешних эффектах заклятий, а в их результатах: магическое воинство Равглета ничего не могло сделать с двумя противниками, в то время как Эдвин и Дэвид выкашивали врагов словно косой. Это не давалось им с легкостью: они выкладывались до предела… и все же не совершали ничего, выходящего за рамки их текущих способностей. Они лишь эффективно применяли дары, которыми их наделила Небесная Обитель.
Хотя они и не могли позволить себе отвлечься, чтобы разрушить защиту замка, в какой–то момент это произошло само собой: бой происходил непосредственно над куполом, а выплески энергии были чрезвычайно велики. Применявшиеся Эдвином и Дэвидом массовые заклятия не только расправлялись с демонами Равглета, но продолжали свое действие и дальше, и если на их пути оказывался защитный купол — грызли его до тех пор, пока окончательно иссякал содержащийся в них запас энергии. Усилия же самого Равглета, как уже было сказано выше, в начале боя были направлены исключительно на восстановление численности поднятой в небо армии демонов. В конце концов общая защита замка сдала, Эдвин и Дэвид, объединив силы, завершили ее разрушение и устремились вниз, продолжая, по мере приближения к донжону, выкашивать поднимающуюся им навстречу армию Равглета.
Хозяин замка, между тем, был далеко не так глуп, как могло показаться: некоторое время понаблюдав за тем, что вытворяли сгиуды в небе, он пришел к выводу, что тратить силы на постоянную поддержку общего защитного купола бессмысленно: это лишь затянет бой. Нападающие не сумеют пробиться вниз, однако и сами останутся невредимы. Глухая оборона не входила в его планы, поэтому Ловчий Смерти сознательно допустил сближение: пока сгиуды прогрызали себе путь через орды демонов и взламывали то, что еще оставалось от защитного поля, Равглет внимательно наблюдал за ними; применявшиеся ими атрибутивные заклинания стали предметом его особенно пристального изучения. Эдвин и Дэвид выкладывались полностью; Равглет же, по существу, до сих пор лишь отмахивался от них. Выигранное время позволило ему стянуть к себе Силу и подготовиться к бою. Проблема нападающих заключалась в том, что хотя атрибутивные заклинания и меняли законы окружающей реальности, Сила могла делать то же самое, и в значительно большей мере. Кроме того, атрибутивные заклинания Дэвида и Эдвина были четко определенными и возводились к образу некоего «идеального ангела»; Сила же при необходимости могла создавать совершенно новые атрибуты.
Ловчий Смерти — совершенный охотник: наблюдая — ни стены башни, ни паутина чар не становились преградой для его взгляда — как два сверкающих крылатых воителя прорываются вниз, он раскрывал свою Силу так, словно ставил капкан на пути зверя. Медленно, но верно он затягивал сгиудов в водоворот собственной реальности — туда, где применявшиеся ими «дополнения» к общепринятым правилам уже не имели значения, потому что эта реальность и создавалась им с таким расчетом, чтобы полностью нейтрализовать фиксированный набор ангельских атрибутов.
Когда сгиуды были уже рядом с башней и готовились проломить ее стены, капкан захлопнулся. Атрибутивные заклинания ослабли: одни меньше, другие больше — эффективность некоторых из них перестала отличаться от обычных заклинаний, сделанных на основе Форм не только с «внешней» стороны, но и по сути. Поток энергии из лекемплета Обители резко упал: Сила вытесняла и ограничивала все чужое.
Конечно, Эдвин и Дэвид сразу же ощутили
