Политзаключенный Дэвид Брендом случайно попадает в другой мир, где несколько лет обучается магии и воинским искусствам. Этот мир невероятным образом увлекает его, и он принимает решение здесь остаться. Со временем герой приобретает немалую силу и учится управлять ею. Предательство и верность, любовь и ненависть, Высшее Волшебство, превосходящее классику и Формы, путешествия между мирами, сделка с богами смерти и другие необъяснимые выверты судьбы — все это ожидает землянина, прежде чем выбранный путь завершится, приведя к итогу, предвидеть который в начале пути не смог бы никто.
Авторы: Смирнов Андрей Владимирович
сдался.
—Ладно. Сейчас прогуляемся к нам домой, а потом подумаем, куда тебя пристроить.
Он сделал широкий жест, как будто хотел заключить их троих в невидимый круг. Переливающееся свечение Двери не накапливалось в воздухе в течение двадцати–тридцати секунд, как было раньше,— свет сразу окружил их и растворил в своей мягкой белизне.
Под приближающееся пение сирен они покинули Землю двадцать первого века.
Знакомый зал со сводчатым потолком. Лайла тихо шмыгнула носом. Реветь она уже перестала.
—Возьми платок и вытри лицо,— сказал Лэйкил.— Твое поведение непристойно. Благородные люди не плачут. Даже если им всего лишь одиннадцать лет. Тем более — при посторонних.
Дэвид ждал, что она скажет в ответ что–нибудь едкое, но обманулся. Лайла молча достала платок и вытерла лицо.
—Ты голоден?— спросил Лэйкил у Дэвида.
—Да нет. Я уже… обедал.
Лэйкил перехватил его взгляд. На лице хозяина дома прорезалась усмешка.
—Так–так… А я думаю, почему это ты ничему не удивляешься? Даже по сторонам не смотришь… Ты уже был здесь.
Это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.
—Да, был.— Дэвид не стал отпираться.
—Сколько раз,— Лэйкил обернулся к сестре,— сколько раз мы с тобой об этом говорили?
Лайла посмотрела на брата с неприязнью.
—…Сколько раз? Но все без толку. Только я уйду, ты снова кого–нибудь притащишь. Когда до тебя, наконец, дойдет…
Дэвид решил, что должен вмешаться:
—Эй, полегче! Если мое присутствие кого–то тут не устраивает, я могу уйти. Но не надо давить на ребенка. Она…
—Уймись,— беззлобно оборвал его Лэйкил.— Не ты ли только что упрекал меня в том, что я совершенно не забочусь о своей сестре?
Дэвид прикусил язык.
—Ладно.— Лэйкил легонько подтолкнул девочку в спину.— Нравоучения отложим на потом. Пошли в столовую. Может, вы оба и сыты, а вот я еще не обедал.
И они направились по уже знакомому Дэвиду маршруту.
—Пойми. Я против тебя ничего не имею,— неторопливо, будто бы рубя сказанное на части, говорил Лэйкил.— У тебя вроде бы мозги на месте. Впрочем, что касается бездарных… в смысле — обычных людей,— тут же поправился он,— то бес с ними, пусть приводит, кого хочет. Но вот если бы она приводила только людей!.. Три недели назад притащила из леса гетрэга. Где она в нашем лесу нашла гетрэга, просто ума не приложу…
—Ты — урод, Лэйкил! Вот ты кто!— внезапно подала голос его сестренка. Голосок звучал хрипло, но с искренним возмущением.— Ты его сжег! А он тебе совсем–совсем ничего не сделал!..— И обиженно добавила: — Дурак!
—А кто такой гетрэг?— осторожно спросил Дэвид.
Лэйкил вздохнул:
—Представь себе большое дерево… Баобаб когда–нибудь видел?.. Ну так вот, представь себе баобаб с маленькими красными глазками и здоровенной, зубастой пастью. При этом он еще умеет довольно резво передвигаться. И постоянно хочет жрать…
—Он был голодный!!! И очень одинокий!!! Ему было плохо!..
—…не понимаю, как он ее еще в лесу не сожрал. Уму непостижимо… В замковые ворота он кое–как пролез, а вот двери, как легко догадаться, для него оказались маловаты… Я как его увидел — так меня чуть инфаркт не хватил. Тварь здоровая, магии почти не поддается… я на него истратил два своих лучших огненных заклятия, а он еще минут пять метался по двору, орал так, что в соседней деревне две роженицы разрешились раньше времени, и все пытался достать меня своими ветками… Из–за этой тварюги два сарая сгорело…
—Какой же ты все–таки гад, Лэйкил! Какой же ты…
—Как жаль,— с безнадежной тоской заметил вышеупомянутый «гад»,— как жаль, что одиннадцатилетних леди нельзя пороть.
—Только попробуй!
—Вот–вот.
Наконец они добрались до столовой. Грязных тарелок, стакана с недопитым соком и пустой вазочки из–под мороженого на столе не оказалось. Дэвид уже ничему не удивлялся.
Лэйкил вытащил из «холодильника» жаркое, хлеб и бокал красного вина. Сел и с аппетитом впился зубами в сочное мясо.
—Говоришь… ммм… вытащила тебя из тюрьмы?
Дэвид кивнул.
—Что ты там искала, сестричка?— осведомился «братик».
—Папу.
—Ну конечно…— Он покачал головой — Ты еще не поняла, что такие, с позволения сказать, «поиски» ничего не дадут?..
—Но Тинуэт должен был запомнить…
—Я уже объяснял. Создавая проход между мирами, Ролег всегда использовал вторичное маскирующее заклинание. Даже если он делал это дома, от Главного Сплетения Тинуэта. Это вошло у него в привычку. В результате у нас… хрум–хрум… есть лишь примерное направление его последнего прыжка. Это десять или пятнадцать миров. Он мог появиться в любой точке каждого из них. Кроме того, не факт, что один из этих пятнадцати миров стал
