Политзаключенный Дэвид Брендом случайно попадает в другой мир, где несколько лет обучается магии и воинским искусствам. Этот мир невероятным образом увлекает его, и он принимает решение здесь остаться. Со временем герой приобретает немалую силу и учится управлять ею. Предательство и верность, любовь и ненависть, Высшее Волшебство, превосходящее классику и Формы, путешествия между мирами, сделка с богами смерти и другие необъяснимые выверты судьбы — все это ожидает землянина, прежде чем выбранный путь завершится, приведя к итогу, предвидеть который в начале пути не смог бы никто.
Авторы: Смирнов Андрей Владимирович
С каких пор ты стала защитницей прав и свобод?
—Нууу…— протянула Лайла.— Крестьяне — это совсем другое.
—И чем же «другое»?
—Мы ими не торгуем. Они у нас просто есть.
—Но они ваши рабы.
—Я бы так не сказала,— с сомнением произнесла Лайла.
—Ты хочешь сказать, что они свободные люди?
—Нет, конечно.
—Тогда кто?
—Крестьяне.— Лайла улыбнулась.
—Хорошо, давай разберем по пунктам. Они принадлежат вам. Так?
—Так.
—Они никуда не могут уехать без вашего разрешения. Так?
—Так.
—Вы можете делать с ними все, что захотите.— Дождавшись кивка Лайлы, Дэвид усмехнулся и спросил: — Ну и в чем разница?
—Но ведь мы их не обижаем!
Она произнесла это с такой искренностью, что Дэвид не мог не рассмеяться.
—Вот!— Брэйд торжествующе поднял палец.— Типичная двойная мораль, свойственная нашей так называемой «аристократии»!
—Сам ты… так называемый.— С Лайлы вмиг слетело невинно–детское выражение лица.— Мы ими не торгуем. Мы ими владеем. Ясно?
—И откуда вы их возьмете, если вам их никто не продаст?
—Оттуда,— отрезала Лайла.
—Ну так откуда?— продолжал давить Брэйд.
—Хорошо, я тебе объясню,— сказала Лайла жестко.— Так, чтобы ты понял. Знаешь, в чем разница между господином и слугой? В том, что один гадит, а другой убирает. Так вот, разница между тем, кто владеет людьми, и тем, кто их продает, примерно такая же. Да, наверное, работорговцы нужны. Как и уборщики. Но если ты разгребаешь дерьмо и сам вымазан в нем по уши, не жди, что к тебе станут относиться с уважением.
—А ты не думаешь, что если никто не будет разгребать, то…
—Да–да–да.— Она кивнула.— Очень ответственная и полезная должность. Молодец.
Хеллаэнец оскалился. Дэвид понял, что пора разряжать обстановку. Лайла с Брэйдом и так вели себя как кошка с собакой, а тут ещё белое вино в юные головы ударило…
—Бабушка, почему у тебя такие длинные зубы?— преувеличенно–взволнованным тоном спросил он.
Присутствующие воззрились на него удивленно — «Красную Шапочку» никто из них, в силу очевидных причин, не читал. Тем не менее идиотский вопрос сделал свое дело — гроза прошла стороной.
—Чё?…— переспросил Брэйд.— Ты что, перепил? Какая я тебе «бабушка»?
—Не обращай внимания, это такая присказка…
—А правда,— Идэль решила поддержать Дэвида в его миротворческой акции.— Почему, когда ты злишься, у тебя удлиняются зубы?
«Значит, не я один это заметил…» — подумал Дэвид.
Брэйд смутился. Дэвид вспомнил их недавний разговор — насчет дискриминации оборотней в Хеллаэне.
—Ты оборотень?— спросил он в лоб.— Мы никому не скажем. Уж нам–то ты мог бы довериться. Ты же знаешь, я эмигрант, Идэль тоже из другого мира…— О Лайле он тактично умолчал.— Мы тебя не выдадим.
—Нет.— Брэйд поморщился.— Я не оборотень. Это… это наследственное.
—Мутант,— доверительным шепотом «подсказала» Лайла. Дэвид посмотрел на нее с упреком. Графиня кен Апрей тут же сделала вид, будто она смущена и испытывает огромные угрызения совести от собственной, столь вопиющей бестактности.
—Бабушкина кровь.— Брэйд наконец решил раскрыться и теперь говорил с преувеличенной небрежностью.— Она была вампиркой. Реальной такой вампиркой, со своим личным склепом и прочими прибамбасами. Вот дедушка мой был вольным археологом… Знаете, кто это? Нет? Это такие люди, которые от нечего делать лазают по всяким подозрительным местам, разыскивая старинные артефакты и Источники Силы… Да, так вот. То есть дедуля по призванию души был археологом, а по специальности — некромантом… Залез он, значит, в бабушкин склеп и, не найдя ничего ценного решил с горя отыметь бабулю… По крайней мере, так гласит семейное предание. Бабуле это все, конечно, страшно не понравилось, но выбора у нее особого не было, потому как дедушка заломал ее ещё раньше, когда склеп обшаривал… Во–от. И тут, видать, запала старому некроманту в голову мысля, что пора бы уже и семьей обзаводиться. Ну и решил он в склепе подзадержаться. А как время вышло и родился ребенок, так дед бабулю и пришил. И правильно сделал. Потому как боюсь себе и представить, В КАКОМ бешенстве она к тому времени пребывала.
—Что, правда?— недоверчиво спросила Идэль.— Все это, прости, на какую–то брехню похоже.
—Правда,— сухо бросил Брэйд.— Так или почти так. Я при этом, как ты понимаешь, не присутствовал.
—Да–а…— протянул Дэвид.— Замечательная история. Вот она, подлинная хеллаэнская романтика.
—Дедуля–некрофил,— фыркнула Лайла.— А я–то думаю, в кого ты такой пошел?
—Лайла, хватит уже!— цыкнул Дэвид.
—Все–все. Молчу–молчу…— Прикрыв рот салфеткой, чуть слышно добавила: — Нехорошо смеяться над убогими.
—Смотрите!— Кильбренийка
