Час волкодава

На столе письменный прибор, стопка писчей бумаги, компьютер. За столом в кожаном кресле сидит господин лет шестидесяти на вид. В белой рубашке без галстука, в черных тщательно отутюженных брюках, из-под которых торчат белые носки (моветон!). Стол представляет собой темную доску на ножках гнутого металла, выдвижная тумба стола справа от господина в кресле, и Кеше хорошо видны начищенные до блеска модные полуботинки вежливого господина.
«На кого же он похож? – напряг ассоциативную память Иннокентий. – На кого-то известного… Понял – он очень похож на актера Шона Коннери. Такая же седая бородка, короткая стрижка, телячьи умные глаза и густые брови. И фигура. Высокая, мощная…»
– Не стойте в дверях, Иннокентий Петрович. Садитесь. Захотите курить – не возражаю. Возле вашего кресла на полу пепельница. Заметили?
Предназначенное Иннокентию кресло, мягкое и глубокое, стояло на порядочном расстоянии прямо напротив стола. А на полу и правда рядышком с креслом поставили пластмассовую пепельницу. И пачку «Прима люкс» позаботились положить возле пепельницы. И зажигалку.
Иннокентий уселся в кресло. Поднял с пола сигареты, пристроил пепельницу на коленке, закурил.
– Удобно устроились, Иннокентий Петрович? Осмелюсь предположить – не совсем комфортно. Чувствуете, как покалывают спину сквозь кожу обивки острые железяки? И в задницу упирается острое. Вам мешают расслабиться электроды под обивкой. Вам не видно, но поверьте – под ковролином протянут провод, заканчивающийся электродами под обивкой кресла. Компьютер заслоняет от вас кнопку на моем столе. Одно нажатие этой кнопки, и вас ударит током. Умоляю, Иннокентий Петрович, не пытайтесь, пожалуйста, подняться с кресла без моего разрешения, иначе я нажму кнопку и устрою вам физиотерапию – усмирение электричеством. Сидите смирно, договорились?.. А?.. Ответьте, пожалуйста.
– Да.
– Замечательный ответ! Короткий и четкий. Впредь, пожалуйста, отвечайте столь же лаконично, иначе я нажму вышеупомянутую кнопку и кресло под вами превратится в электрический стул. Уяснили?
– Понял.
– Весьма отрадно, что вы такой понятливый. А я вот многое в вас не понимаю, Иннокентий Петрович. К примеру, для меня остается тайной – давно ли вы догадались и как догадались, что Марина намерена отправить вас на тот свет?
– Как мне к вам обращаться?
– Отвечать вопросом на вопрос невежливо, Иннокентий Петрович! На первый раз прощаю, но в следующий – нажму кнопку… Однако я и вправду забыл представиться. Называйте меня господином Полковником. Договорились? А?
– Да, господин Полковник.
– Великолепно! У нас с вами намечаются доверительные отношения. Весьма отрадно. Жду от вас исчерпывающий ответ на вопрос про Марину. Порадуйте меня, расскажите все честно. Когда вы поняли, что женились на женщине-палаче?
– На вторую ночь после свадьбы. Камень. Бриллиант у нее в кулоне… Она говорила – камень фальшивый, я решил проверить и…
Кеша с документальной точностью пересказал, как экспериментировал с украшениями Марины в ночь с пятницы на субботу на прошлой неделе.
– Замечательно! – Выслушав Кешу, господин Полковник улыбнулся. – Я вам верю. Лично предупреждал сучку быть осмотрительней. Но вы ж понимаете, у баб своя логика. Трахаться с кем прикажут – пожалуйста, а отказаться на время от любимых побрякушек – ни за что. Результат – смерть. На будущее, Иннокентий Петрович, запомните: мои приказы следует выполнять беспрекословно. Нарушение приказа чревато самыми печальными последствиями. Уяснили?
– Да.
– Прекрасно. А теперь расскажите, как вы убили Марину. Будьте любезны, слушаю внимательно.
Кеша рассказал о подмене чашек, опустив собственные мысли и переживания. Изложил последовательность событий, словно пересказывал кино.
– Чудесно! – Господин Полковник хлопнул пару раз ладошкой о ладошку. – Браво! Вы как раз тот, кто нам нужен! Я рад, что вы переиграли Марину, клянусь! Вы, несомненно, догадались – Марина не была аферисткой-одиночкой. Вы поняли – я, мои друзья и Марина намеревались завладеть вашей жилплощадью. Отрадно, что, догадавшись обо всем, вы не побежали жаловаться в милицию, а поступили как настоящий мужчина. Не распорядись я воспрепятствовать сожжению трупа Марины сегодня утром в крематории, вы бы могли смело плюнуть мне в лицо. Но я подсуетился. Небрежно изученную судмедэкспертом мертвечину вы видели. Как мне, то есть НАМ, удалось раздобыть труп, не стану рассказывать. Объясню, зачем мы это сделали. Яд, которым вы, ВЫ, Иннокентий Петрович, отравили жену, легко обнаружить, проведя определенного рода специальные анализы. Представьте себе, что будет, распорядись я передать тело Марины