Час волкодава

силуэт. Знакомый силуэт Миши Чумакова. Точно – это Миша. Одетый в жаркую для лета кожаную куртку-косуху и кожаные штаны. В очередной раз перекрасивший волосы, превратившийся в отчаянного блондина Миша Чумаков.
– Здорово, Кеша, – произнес Чумаков чуть слышно. – Я тут замучился, тебя ожидаючи.
– Ты один? – Кеша опустил занесенную для удара трость и вздрогнул, когда за спиной раздался голос Сан Саныча:
– Со мной. Здравствуйте, Иннокентий. На всякий случай говорите потише. Не хотелось бы, чтоб кто бы то ни было, спускаясь по лестнице и проходя мимо вашей двери, случайно расслышал, что в квартире говорят, и заподозрил, что, помимо вас, здесь еще присутствуют люди. Пойдемте на кухню. Задернем шторы, включим радио погромче и побеседуем вполголоса, спокойно, обстоятельно. И чайку попьем, не возражаете?
Чумакова Кеша узнал сразу, а вот Сан Саныча опознал лишь по голосу. Сан Саныч нарядился в светлые летние шорты. На босые ноги надел открытые пробковые сандалии. Широкую грудь прикрывала голубая майка с надписью «Левайс». Пляжно-курортный вид Сан Саныча органично дополняли темные очки и сумка-кенгуру на поясе.
– Как вы открыли замок? – спросил Кеша, вешая тросточку на место.
– Отмычкой. Пойдемте на кухню. Миша, чего стоишь? Пошли чай пить. Угостите чайком, Иннокентий?
– Угощу, пойдемте… А если бы я вернулся не один, как…
– Вернулись бы с посторонним, безобидным человеком, как-нибудь все вместе выкрутились бы. Наврали бы чего-нибудь, – оборвал Кешу Сан Саныч, предвосхищая вопрос. – Можно, я похозяйничаю на кухне?
– Чай у меня растворимый. – Кеша вслед за Сан Санычем и Чумаковым прошел на кухню.
– Я вижу. Садитесь, Иннокентий, и ты, Миша, не стой столбом, занавески задерни и садись. Сейчас чай согрею… Простите за вторжение, Иннокентий, но я посчитал себя вправе воспользоваться воровским приемом проникновения в чужую квартиру. Сегодня с утра ваш дом находился под особой опекой противника. Мы с партнером не смогли до полудня и близко подойти к вашему двору. Четверо соглядатаев занимали ключевые позиции на подходе к дому. По известным причинам нам с партнером нельзя светиться, но я уже готов был рискнуть, как вдруг все кордоны исчезли. Пользуясь моментом, мы вошли во двор, отметили положение герани на подоконнике и, зайдя в соседний подъезд, через чердак перебрались на вашу лестницу. Обожаю чердаки старых домов, на них так просторно, и ход на чердак имеется в каждом подъезде… Я счел уместным устроить некое подобие засады в вашей квартире. На всякий случай. Ваше отсутствие меня сильно обеспокоило. Я уже было подумал, не попали ли вы в плен к противнику…
– Попал. Меня завербовали и отпустили
– Что?!! – Усевшийся было на табурете и занявший за столом то же место, где в прошлую субботу свою последнюю чашку чая выпила Марина, Чумаков вскочил. – Что ты сказал?!! Кеша! Расскажи! Рассказывай скорее, как все было?!! Кеша, я…
– Успокойся, Миша. Сядь. Иннокентий, какими чашками разрешите воспользоваться?
– В буфете на средней полке стоит фарфоровый сервиз. Я сейчас достану.
– Сидите, Иннокентий. Отдыхайте. Полагаю, вам несладко пришлось в гостях у «Синей Бороды», отдохните, я все сделаю сам. Миша! Да сядь ты, ради бога! Ишь, как разволновался! Да! Иннокентия захватили в плен. Ну и что? Я тебе, Миша, говорил – такой вариант возможен. Просто так смерть Марины они не простят… Знаете, Иннокентий, Чумаков, когда узнал о смерти вашей жены, учинил сущую истерику. Мол, все пропало, единственная ниточка к «Синей Бороде» оборвалась. Насилу успокоил Мишу. Он такой нервный, неуравновешенный.
– Зато ты, Сан Саныч, горячий финский парень! Кешу могли не отпустить. Его могли убить, замучить…
– Кончай, Миша! – строго сказал Сан Саныч, слегка повысив голос. – Иннокентий, сделайте радио погромче, а то у соседей, уверен, слышны крики Чумакова… Просто так, Миша, исключительно ради одного лишь удовольствия Иннокентия не стали бы ни убивать, ни мучить. Я тебе это уже раз десять объяснял… Мы втроем на уютной кухне, собираемся чаевничать, все живы-здоровы. К чему устраивать лишнюю нервотрепку? Иннокентию необходимо как следует перевести дух, и он нам спокойно, не торопясь, расскажет обо всем произошедшем во всех подробностях. Дай человеку отдохнуть, Миша, умерь свое любопытство на какое-то время… А где у вас сахар, Иннокентий? И еще чайные ложечки покажите, где взять?..
После второй чашки чая Иннокентий начал рассказывать. Не спеша, подробно, останавливаясь на деталях и нюансах. Откровенно рассказал о своем поражении во время налета на квартиру, о страхе и смятении в первый момент, как увидел труп Марины. Помимо прочего, подробно описал внешность господина