Час волкодава

необходимо отвезти в больницу! Срочно!
– Держи. – Сан Саныч вытащил из заднего кармана светлых летних брюк связку ключей. – Поднимайся вверх по лестнице, слева выход, во дворе садись в «Ниву», заводи мотор, Кешу я принесу. Бегом, Миша, в темпе!
Перепрыгивая через две ступеньки, Чумаков выскочил в холл-прихожую, метнулся влево, выпрыгнул на крыльцо и остановился как вкопанный.
– Яп-понский бог! Где ж это мы, блин?!
По сию пору Михаил пребывал в заблуждении, что находится в Москве. В пяти минутах быстрой ходьбы от Чистых прудов. Как отыскал его Сан Саныч здесь, черт-те где? Хотя почему «черт-те где»? Конским навозом пахнет, просторы вокруг, а на горизонте небо тлеет, словно зарей, отблесками огней большого города. Подмосковье. Помнится, Сан Саныч сомневался в том, что единственная база «Синей Бороды» – спортклуб-подвальчик в центре Москвы. Значит, вот оно какое, логово «синих». Двухэтажное деревянное здание. В окне второго этажа слабо проникает сквозь занавеску желтый электрический свет. И тишина. Дом будто умер, он словно окружен аурой смерти. А темные силуэты двух автомобилей во дворе как два черных гроба. И стрекотание сверчка в тишине ночи звучит как поминальная молитва.
– Чумаков! Заснул? – Сан Саныч вышел на крыльцо бесшумным шагом призрака. Его окрик заставил Мишу вздрогнуть, вывел из растерянного оцепенения.
Миша спрыгнул с крыльца, подбежал к мертвой «Ниве», открыл автомобильную дверцу, плюхнулся на шоферское место, и машина с готовностью ожила, воскресла после поворота ключа в замке зажигания. Чумаков, как сумел, помог Сан Санычу уложить Кешу на заднем сиденье.
– Оденься. – Сан Саныч, вынося раненого, не забыл захватить Мишину рубашку, лежавшую под головой Иннокентия в качестве жесткой подушки. – Негоже в полуголом виде садиться за руль. И вообще, давай-ка, партнер, поменяемся местами. Лучше будет, ежели я поведу машину. Куда едем? В какую больницу конкретно?
– В Медицинскую академию. Повезет, если сегодня Лешка Зефиров дежурит в реанимации, я с Лешкой поговорю, попрошу…
– Нет! Ты погиб в автомобильной катастрофе. Забыл? С врачами переговорю я. Меня они не знают, договорюсь, успокойся… Кстати, я понял, как ты собачек перехитрил. Молодец, партнер! Медленно, но верно превращаешься в «человека СИСУ». Хвала богам, что я не научил тебя правильно работать ремешком с пряжкой, а то, глядишь, лежал бы я сейчас с пробитым черепом и остывал помаленьку.
«Нива» развернулась багажником к крыльцу и, освещая фарами разбитую дорожку под горку, медленно покатила к воротам.
– В подвале полно отпечатков моих пальцев. – Чумаков оглянулся на домик-флигель с одним блекло светящимся окном. – Подпол отделан вагонкой, древесина сухая, и если ее поджечь, то…
– В доме, помимо твоих пальчиков, отпечатков что звезд на небе, – оборвал Мишу Сан Саныч. – Поджог дома был бы на руку господину Полковнику, останься он живым и богатым. Нам же – тебе, мне и Кеше – гораздо выгоднее, чтоб менты отыскали фальшивые баксы на сумму шесть с половиной миллионов долларов и тела отставных офицеров. И показания полудохлых спортсменов в спортклубе нам предпочтительнее, чем их обугленные косточки. А труп Марины, уверен, менты не смогут идентифицировать. Я, как оружие разыскал, не пожадничал, половину автоматного рожка истратил, чтоб навести на лице покойной соответствующий макияж…
– Сан Саныч, я…
– Погоди, не перебивай. Сам знаю – ты ничего не понимаешь, и мои слова для тебя лишь обрывки интригующей информации. Слушай, партнер, сей же час все тебе расскажу. Слушай внимательно. Итак, подходя к спортклубу с «сывороткой правды» в «дипломате», единственное, чего я по-настоящему боялся, был вопрос о моих дальнейших планах и намерениях. Тот вопрос, который на месте господина Полковника я бы в первую очередь задал пленнику после укола «сывороткой». Спрашивать голого человека в кандалах и наручниках о его видах на освобождение и победу вроде как глупо, но Полковник был достаточно умен, чтобы не стесняться задавать обманчиво глупые вопросы, однако жаден при этом сверх всякой меры и свой грех алчности наивно приписывал всем окружающим… Прости, Миша, я увлекся рассуждениями вслух о вещах, по-прежнему для тебя непонятных. Перенял от тебя дурную привычку, партнер. Придется начинать рассказ сначала. Итак, подходя к спортклубу, я заранее предвидел развитие дальнейших зубодробительных событий в общих чертах и был готов к тому, что меня ожидает…
Сан Саныч ровным голосом пересказывал произошедшие с ним события, внимательно следя за уносящейся под колеса «Нивы» дорогой. Миша внимательно слушал партнера, с каждой минутой становясь все мрачнее.
На въезде в город «Ниву»