Час волкодава

Прохромав по коридору мимо дверей в бывший папин кабинет, мимо двери в столовую и вот уже полгода как запертых дверных створок в мамину комнату, Кеша вошел в спальню.
Марина все еще спала, разметавшись на постели. Бесстыдно нагая и невероятно желанная. На полу валялась газовая сеточка фаты с украшением из искусственных аляповатых цветов и белоснежное платье.
Кеша поднял платье своей невесты… Нет, со вчерашнего дня своей жены, законной супруги Марины Сергеевны… Подобрал платье, аккуратно разложил его на кресле. Подумал, открыл шифоньер и повесил платье невесты на вешалку рядом со своим свадебным костюмом.
Одежду на свадьбу они, по настоянию Иннокентия, взяли напрокат. Белые невестины туфли на шпильках, тоже прокатные, Кеша засунул в картонную коробку. Огляделся. На столе пустая бутылка шампанского. Два пустых фужера. Россыпь конфет «Белочка». И никелированное простое ведро, битком набитое самыми разнообразными цветами – от полевых до экзотических, заморских. Цветы пусть остаются, а пустую бутылку, фужеры и конфеты надо бы унести на кухню. Конфеты в холодильник, чтобы не растаяли, бутылку не забыть вынести на помойку, фужеры помыть.
Когда брал фужеры, хрусталь громко звякнул. Марина вздрогнула, приоткрыла один глаз, потянулась как кошка и пропела-проворковала:
– Кеша, ты уже вста-а-ал, мур-р-зик?..
Иннокентий не ответил. Он вообще был человеком немногословным. Молчуном, букой.
– Мур-р-зик, иди ко мне-е-е. Приласкай свою кису. Киска просит ее погладить.
– Спи, семь часов, – лаконично отозвался Иннокентий и удалился на кухню.
Вернувшись через пять минут, он и вправду застал супругу блаженно спящей. Она перевернулась на живот. Из определенного места кокетливо торчала ниточка «тампакса». Надо же, как неудачно совпали «трудные дни» брачующейся с церемониальной первой брачной ночью. Она твердила всю ночь: «Ну их, месячные, давай…» Он вразумлял: «Вся жизнь впереди…» Она ругалась: «Чистоплюй!» Он парировал: «Докажу, что нет!» И доказал. Он, нелюдим, «вещь в себе», влюблялся в жизни дважды. Тогда, давно, в школе и сейчас, в Марину. Вообще-то он побаивался женщин, но, повзрослев и здраво рассудив, что без них трудно, ничуть не боялся и не смущался проституток. Он соображал кое-что в плотской любви. «Тампакс» оказался в первую официальную супружескую ночь не тронут, однако жену он удовлетворил. И сам остался доволен. А законный вопрос Марины: «Мурзик, откуда такие познания в сексе, а, шалун?» – остался без ответа.
Вернувшись в спальню, Кеша тихонько, чтобы не разбудить жену, оделся. На вещевых рынках у вьетнамцев можно купить по-настоящему хорошие и дешевые джинсы. А кроссовки лучше брать сделанные в Сингапуре по «адидасовской» лицензии. И никто бы не убедил Иннокентия, что рубашки отечественного производства хэбэ чем-то отличаются от заморских, по сто баксов за штуку.
Кеша оделся. Джинсы, кроссовки, рубашка. Марина зашевелилась, перевернулась на спину.
– Мурзик, ты куда собрался, ми-и-илый?..
– Скоро вернусь.
– Ска-а-ажи куда, я ревную! В магазин? Принеси све-е-ежее молочко своей кис-кис-киске к завтраку. – Нет. Я к маме. Спи.
– А-а-а-а… – Игривые нотки исчезли из ее сонного голоса. – Возьми цветы. Любые. Нам цветов с избытком надарили.
– Нет. Эти не возьму. Куплю цветы.
– Поезжай на такси, денег тоже надарили достаточно, чтобы ты смог себе позволить…
– Поеду на метро, – перебил Кеша.
– На метро долго… Я с тобою полностью согласна – экономить надо в мелочах, но…
– Я пошел. Я быстро.
– Погоди!.. Поцелуй меня… Или предложишь сначала зубы почистить?
– Не обижайся. Я быстро. Я должен съездить к маме сегодня.
– Понимаю. Хочешь, я с тобой? Я сейчас скоренько оденусь и…
– Нет, я один. Не сердись.
– Не сержусь. Иди сюда, ко мне, нагнись…
Поцеловались. Рутинно. Без страсти. Первый день медового месяца, а, пожалуй, уже безвкусный. Пусть и поцелуй «на бегу», но все же… Сумасшедший, головокружительный роман позади, впереди – «совместное ведение хозяйства». Много ли сказок придумано о супружеских буднях Ромео и Джульетт, Иванов-царевичей и Василис Прекрасных, Валентинов и Валентин? Очень мало. По существу, лишь одна запоминающаяся. Сказка о «Синей Бороде».
Они, Марина и Кеша, познакомились около года назад. Случайно. На улице. Один раз встретились, другой и… и как-то завязалось знакомство. Инициатива принадлежала ей, разумеется. Иннокентий – мужчина нестандартный. И внешне, и внутренне. Позже она говорила, что именно нестандартность и заинтриговала ее сначала, а потом в его нестандартность она и влюбилась. Надоели «жлобы» и «жеребцы». А Кеша