Частный детектив Выпуск 3

тебе моя сиделка?
— Она слишком толста.
— Однако привлекательна.
— Не думаю. Я договорилась о другой сиделке для тебя.
— Что–что?
— Договорилась о новой сиделке для тебя. Стив вытаращился на нее:
— О старой дряхлой карге, разумеется?
— Нет, если честно, — она посерьезнела, — это по–настоящему красивая сиделка, к тому же молодая.
— Кроме шуток?
— Кроме шуток.
— Ну, Крис, ты просто прелесть. Ты не будешь возражать… если я… увлекусь одной из сиделок?
— Может быть.
— Крис!
— Ммм?
— Иди–ка сюда.
— Куда это?
— Сюда, глупенькая. Нагнись.
Она наклонилась к нему, сверкая глазами. Стив обвил левой рукой ее шею и притянул ее лицо к своему, но тут кто–то кашлянул.
Стив оглянулся. В ногах койки стоял мужчина.
— Убирайся! — крикнул Стив. — Какого черта? Разве ты не видишь, что я занят?
Но мужчина продолжал стоять. Стив прорычал:
— Черт! Убирайся, я сказал!
Протянув руку, он нажал кнопку на столике у кровати, потом обессиленно откинулся на подушки.
— Сестра! — завопил он. — Сестра!
Крис едва сдерживалась, чтобы не засмеяться.
— Дурачок! — Она все–таки хихикнула. — Он и есть твоя новая сиделка!
Стив нахмурился, но тут же расхохотался. Потом застонал и, когда Крис заботливо склонилась над ним, снова положил ладонь ей на затылок, протягивая к ней губы. К черту всех сиделок!
— Крис, — промолвил он, — поцелуемся на счастье?
Она улыбнулась и, прежде чем поцеловать его, мягко пробормотала:
— Ага, на мое счастье.

В субботу утром я еще лежал в постели, когда Лера, моя домработница, окружившая меня материнской заботой с тех пор, как я остался один, принесла на подносе завтрак. Честно говоря, я не привык есть в постели, но мне не хотелось ее обижать.
Я просматривал утреннюю почту и рукопись одной из повестей, присланную мне из конторы домой, и слышал, как Лера убирала соседнюю комнату, стараясь не шуметь. Для нее издатель был весьма значительной личностью, которую во время работы ни в коем случае нельзя беспокоить.
Раздался телефонный звонок. Сняв трубку, я услышал голос Билла. Невзирая на наш конфликт, я не мог удержаться от глупой жалости.
– Доброе утро, папа!
– Здравствуй, Билл!
Мы замолчали. Я настолько остро чувствовал смущение сына, будто он был рядом со мной. Мне хотелось помочь ему, но я сам слегка растерялся.
– Как поживаешь, папа?
– Прекрасно. А ты?
– Хорошо.
Он не звонил около четырех месяцев. Я не раз представлял себе эту минуту, ждал ее, даже раздумывал, как нам добиться согласия. А сейчас, когда появилась такая возможность, я лишь смог спросить:
– Ты сейчас где?
– У себя дома. Ты занят, папа?
– Да. Ронни еще в Англии, но скоро он должен вернуться. Обычно, когда я упоминал имя Ронни, Билл делал саркастические замечания на тему «хозяин и слуга».
– Ага!
Снова пауза, наконец он спросил:
– А сейчас ты работаешь над чем–нибудь?
– Нет.
– Знаешь… Кое–что случилось. Очень важное. Я почувствовал легкое беспокойство.
– У тебя неприятности?
– Да нет, ничего такого…
В его голосе слышалось знакомое мне нетерпение. Но он овладел собой. По каким–то неизвестным мне причинам он был необыкновенно вежлив.
– Слушай, к тебе можно зайти?
– Конечно.
– Спасибо, папа. До свидания!
Билл подождал минуту, словно разговор его не удовлетворил, и он хотел еще что–то добавить. Потом положил трубку.
Я еще немного полежал в кровати, думая о нашей с ним размолвке. Билл не попросит разрешения вернуться. Это я почувствовал по его тону. А впрочем, даже если бы он и попросил, то я не уверен, что сам захочу этого. Четыре месяца назад, после нашей ссоры, он взял свои вещи и оставил мой дом. За это время я привык к его отсутствию. Казалось даже, что так спокойнее. Я знал, что покой этот обманчив. Мне сорок два года. Без сына жизнь для меня стала пустой и бессодержательной, она ограничилась работой в издательстве, запутанными отношениями с Ронни, редкими встречами с моим младшим братом Петером и его женой Ирис и кошмарными воспоминаниями о Фелиции…
Я встал, надел махровый халат и вышел из комнаты.
– Лера, звонил Билл. Сейчас он приедет. Она нахмурилась.
– Он хочет вернуться?
– Не думаю.
– А что ему