В настоящее издание вошли остросюжетные произведения известных зарубежных мастеров детективно-приключенческого жанра — Д. Френсиса, Р. С. Пратера и П. Квентина. Содержание: Дик Фрэнсис. Дьявольский коктейль (переводчики: Михайлов Г., Вишневой А.) Ричард Скотт Пратер. Не убежишь! (переводчик: Александра Борисенко) Патрик Квентин. Мой сын убийца? (переводчик: Михайлов Г.)
Авторы: Френсис Дик, Квентин Патрик, Пратер Ричард Скотт
ему, он перехитрит меня и вырвет все остальное.
– Что остальное? – бессильно спросил я.
– А то, что Билл возвратился снова. Я была закрыта в комнате, которая расположена над лестницей. Было ровно девять часов, и тут я услышала, как кто–то вошел в парадную дверь. Дверь открылась и закрылась, и потом этот кто–то поднялся и вошел в гостиную.
Кто–то, но ты ведь не видела, кто, и не слышала голоса? Нет. Но у него был ключ…
– Значит, Анни?
– Она весь вечер была у Гвендолен.
– Тогда кто–нибудь из твоих родных?
– У них нет ключей. Это мама устроила так, чтобы нас не беспокоили.
– Но, ради Бога, у Билла не было ключа!
– Был. Вы помните, я оставила в Файр Истленд сумочку. В ней был ключ. Когда мы вернулись, дверь открыли мне вы. Билл принес мне сумочку вчера. Проверьте, ключа в ней нет. Когда я услышала, что кто–то идет, я сразу подумала: это Билл. Он вернулся, чтобы убить Ронни. Я бросилась к сумке, ключа в ней не оказалось. Я находилась в полуобморочном состоянии и побежала в ванную, чтобы намочить холодной водой голову. Там я услышала выстрелы. После этого я вам и позвонила.
– Но ведь ты не можешь утверждать наверняка, что это был Билл?
– Я уверена, что это был он. Теперь Билл знал, что представляет собой Ронни, и вернулся, чтобы убить его.
Мне вспомнились слова Анни: «Не очень–то надейся…» Меня снова охватил ужас, но я тут же отбросил сомнения. Нельзя так думать, иначе все погибнет.
Жанна продолжала:
– Теперь вы понимаете? Взгляните правде в глаза. Иначе мы с вами сойдем с ума. Билл убил его. И в этом моя вина!
– Слушай, Жанна. Билл этого не делал! Он не открывал ключом дверь. Если это была не Анни, то кто–то из троих: отец, Филлис или твоя мать. Послушай, Ронни угрожал, что выселит всю вашу семью, верно?
– Да.
– Закрыв тебя, он ждал Артура Фридлянда. Возможно, Ронни приходил к ним и говорил в таком же тоне, что и со мной или с тобой. Они ему поверили, поскольку не знали его характер. Может быть, это кто–либо из них…
– Но отец был один, – возразила Жанна. – Филлис и мама делали покупки.
– Тогда это был твой отец…
– Да, но когда Ронни убили, они все трое находились в театре. А выстрелы были в двадцать минут десятого. Вы считаете, я не думала об этом? Я первая обвинила бы их, если бы могла этим спасти Билла. Но это не они. Кроме Билла, никто не мог этого сделать.
Подумав, она продолжала:
А если мы расскажем полиции, каким чудовищем был Ронни, и что во всем виновата только я, они ведь поймут? Тогда вместо Билла, возможно, арестуют меня?
В ней говорило отчаяние. Я видел, что ради Билла она готова на любую жертву. Но несмотря на это, она так же, как и Анни, из союзника превратилась во врага.
– Сейчас явится Трант. Скажите, что мне делать?
– Ничего ему не говори.
– Совсем?
– Только первую часть: ты была в гостиной, когда Билл пришел с револьвером, и слышала, как Ронни его выгнал и захлопнулась дверь. И еще скажи, как ты слышала, что кто–то около девяти часов открыл ключом парадную дверь, но ничего не говори о своем ключе.
Она боялась Транта еще больше, чем я. Это было заметно по тому, как вздрагивали ее веки.
– Если смогу, – прошептала Жанна.
– Должна суметь. Если скажешь ему о ключе – Билл погиб. Я видел, как ей тяжело. Я со страхом подумал о той минуте, когда Трант начнет свой допрос. Сейчас все зависело от выдержки Жанны. Я настойчиво повторил:
– Ты поняла, как важно, чтобы Трант ничего не знал о твоем ключе?
– Да. А я смогу увидеть Билла?
– Жанна, пойми, ты – причина преступления. Все газеты трубят об этом. «Билл убил Ронни из–за любви к тебе» – это тема газет.
– Но… я не могу сидеть и ждать Транта.
– Ты должна, Жанна!
Мне было жаль ее, но в то же время хотелось как можно скорее вырваться отсюда, из этой атмосферы отчаяния.
– Ты должна разговаривать с Трантом спокойно.
– Я постараюсь. А вы что будете делать?
– Я буду искать убийцу Ронни.
Я отодвинулся от Жанны. Она стояла, как статуя, вытесанная из камня. И Анни, и Жанна, каждая по–своему, оставили меня в тяжелую минуту.
Теперь на стороне Билла был только Жак Дулитч.
Когда я вышел, в коридоре меня ожидала Нора Лейгтон.
– Базиль хочет с вами поговорить. У вас найдется свободная минутка?
Пришлось пойти им навстречу. Нора провела меня в библиотеку.
– Базиль, пришел мистер Дулитч, – тихо произнесла она и вышла.
Базиль сидел у небольшого письменного стола, на котором с педантичной аккуратностью были разложены принадлежности для письма. В его движениях
