Часы смерти

в насыщенной ужасом атмосфере дома не позволяло ему оторвать взгляд от часов, поблескивающих в руке доктора Фелла. На лице доктора застыло странное выражение. Он положил часы на бархатный поднос.
— Полагаю, — заметил он, — все в доме видели… другие часы?
— Да.
— Они им нравились?
Внезапно Карвер вновь скрылся в раковине сдержанности. Он подобрал поднос.
— Очень… Но давайте продолжим. Если хотите взглянуть на другие экземпляры… — Послышался звук бьющегося фарфора. — Проклятие! Какой же я неуклюжий! Пожалуйста, доктор, поднимите эту чашку или то, что от нее осталось. Я вечно роняю посуду со стола. Благодарю вас. Боюсь, я слишком увлекся. — Он опустил голову, наморщил лоб и едва не налетел на дверной косяк. — Полагаю, вы думаете, что я слишком осторожен, устанавливая сигнализацию для охраны коллекции. Конечно, сейф надежен, и любому грабителю, укравшему что-либо у меня, было бы нелегко это сбыть. Но… с сигнализацией я чувствую себя спокойнее. Особенно учитывая то, что эта дверь, — он кивнул в сторону двери с левой стороны ниши, — выходит на лестницу, ведущую на крышу, и хотя она заперта на крепкий засов…
— На крышу? — перебил доктор Фелл.
Звук его слов еще не замолк, когда дверь открылась и вошел Хэдли. Он выглядел обеспокоенным и пытался спрятать в руке что-то вроде носового платка.
— Слушайте, Фелл… — начал Хэдли, но умолк при виде выражения лица доктора. — Ради бога, не говорите мне, что произошло что-то еще!
— Хм! Хм, хе! Ну, не знаю, можно ли назвать это происшествием. Но, кажется, существует еще один путь на крышу.
— Что такое?
Карвер вновь стал спокойным и суровым.
— Я не знал, инспектор, что это вас интересует. По крайней мере, вы не удосужились сообщить мне об этом. — Он положил поднос в сейф, закрыл дверцу с решительным щелчком и повернул ручку. — Та дверь ведет на лестницу, а лестница поднимается между двумя комнатами, превращенными в кладовые, на верхний этаж и потом на крышу. Думаю, ею пользовались в начале XIX века, как индивидуальной лестницей, по которой хозяин дома поднимался к себе, выпив портвейн… Но что из того? Как видите, с этой стороны двери двойной засов и такой же засов на внутренней стороне люка. Никто не может пробраться в дом таким способом.
— Нет, — сказал Хэдли, — но пробравшийся может выйти на крышу. — Он указал на дверь позади Карвера, в дальней стороне ниши, параллельной стене комнаты. — А это… да, я только что был там. Дверь ведет в комнату миссис Стеффинс, не так ли?
— Да.
— Как насчет кладовых на верхнем этаже? Они тоже выходят на лестницу?
— Да, — без всякого любопытства ответил Карвер.
— Что у вас на уме, Хэдли? — вметался доктор Фелл.
— Любой обитатель дома, имеющий доступ на эту лестницу отсюда или из комнат наверху, мог подняться на крышу и снова спуститься через другой люк — помните, девушка говорила, что раньше он запирался изнутри на засов, но потом засов сломался — подойти к двери на верху главной лестницы, открыть пружинный замок изнутри и… — Хэдли жестом изобразил удар ножом. — Вам это приходило в голову, верно? Или вы внезапно поглупели?
— Возможно, — пробормотал доктор Фелл, дергая себя за ус. — Но к чему такие сложности? Если вы собирались убить беднягу Эймса, разве не было проще подняться за ним по лестнице, сделать дело и благополучно удалиться в свою комнату?
Хэдли посмотрел на него с любопытством, словно чуя какой-то трюк или тайную цель. Но он быстро отбросил эту мысль.
— Вы отлично знаете, что это не так. Во-первых, жертва могла оказать сопротивление и на шум сбежался бы весь дом. Во-вторых, и это самое важное, вы могли пройти в свою комнату тем же путем через крышу, не подвергаясь опасности быть замеченным.
— Едва ли, — возразил доктор Фелл. — Учитывая то, что мисс Карвер и Хейстингс находились на крыше, дыша свежим воздухом и любуясь луной, у вас было бы куда больше шансов быть замеченным, чем в темном уютном коридоре.
Хэдли взглянул на него с подозрением.
— Вы демонстрируете на мне свою изощренность? — осведомился он. — Ведь вы подкрепляете вашу теорию доводом, который доказывает мою. А именно что кого-то действительно видели на крыше и этот кто-то, по всей вероятности, убийца. Элинор Карвер и Хейстингс не встречались на крыше регулярно — убийца вообще мог не знать, что они встречаются там. Пошли. Сейчас мы обследуем эту крышу.
Доктор Фелл открыл рот, чтобы ответить, но его опередил Карвер, устремив на них иронический взгляд и с демонстративным усердием отодвигая засовы на двери, ведущей к лестнице.
— Разумеется, вы должны… хм… обследовать крышу. Мне не хочется остужать ваш пыл, мистер инспектор, но я знаю, что ваша теория