Часы смерти

позаботьтесь об этих леди. И оставайтесь неподалеку, чтобы вас можно было позвать.
Он шагнул назад, в холл. Колокол Линкольнс-Инн, приглушенный дождем, начал бить девять. Посреди его ударов, словно по договоренности, звонок начал отрывисто дребезжать под чьим-то пальцем, а дверной молоток в чьей-то энергичной руке — колотить по панели. Китти побежала открывать. Находящиеся в гостиной увидели, как в холл шагнула Элинор, стряхивая с пальто воду. За ней последовали мрачно торжествующий Хейстингс, сдержанно удовлетворенный Боском и озадаченный Полл — слегка пьяный, насквозь промокший и с зонтиком под мышкой.
Элинор повернулась к двери гостиной.
— Вот и я, — сообщила она. Ее голос слегка дрожал, но она стояла прямо. — Не в тюрьме. Свободна первый раз в жизни. — Она посмотрела на Лючию. — Ты об этом сожалеешь?
— Дон, ты дурак! — вскрикнула Лючия. Выбежав из гостиной, она промчалась мимо пришедших, метнулась в свою комнату и захлопнула дверь. Вопли миссис Стеффинс присоединились к эху, но Карвер не обратил на нее внимания. Он медленно вышел и что-то сказал Элинор.
— Спасибо, Джей, — ответила она. — Поднимись с нами наверх, ладно?
Словно во сне Мелсон слышал, как доктор Фелл дает указания. Группа умолкла, но ужас и напряжение оставались, когда доктор вернулся вместе с Хэдли и холл опустел. Старший инспектор прислонился спиной к двери, глядя на доктора Фелла.
— Ну? — рявкнул последний. — В чем дело? Что-то не так?
— Все не так. Кто-то проболтался.
— О чем?
— Звонили из офиса, — ответил Хэдли. — Это попало во все вечерние газеты. Мои инструкции не поняли, и кто-то в Ярде заговорил. Хейс напутал с бюллетенем для прессы, но они не считают, что это его вина. Это может стоить мне последних двух недель работы, а заодно и пенсии… Теперь всем известно, что Стэнли был здесь прошлой ночью и замешан в неприятную историю, а заместитель комиссара предупреждал меня, что случится, если это выплывет наружу. Теперь я стану козлом отпущения, даже если мы поймаем настоящего убийцу…
— Думаете, я все это не предвидел? — спокойно отозвался доктор Фелл.
— Предвидели?
— Спокойно, сынок. Вы проработали в полиции тридцать пять лет, не теряя головы, так не теряйте ее и теперь. Да, я предвидел эти неприятности, и есть только один способ с ними справиться, если только это вообще возможно…
— Да, тридцать пять лет, — кивнул Хэдли и уставился в пол. — Вы что-то приготовили?
— Да.
— Понимаете, что произойдет, если вы напортачите? Не только со мной, но и…
Он не договорил. Снова появилась Китти, выглядевшая еще сильнее напуганной.
— Сэр, пришел мистер Питер Стэнли… — сообщила она.
Мгновение старший инспектор стоял неподвижно, потом двинулся вперед, но доктор Фелл схватил его за руку.
— Теперь все кончено, — сказал Хэдли. — Кто-то увидит его, и мы пропали. Он должен был держаться на заднем плане. А сейчас…
— Успокойтесь, глупец! — сердито прошептал доктор Фелл. — Сядьте и, что бы ни случилось, не двигайтесь и не говорите. Пришлите сюда мистера Стэнли, Китти.
Хэдли отошел назад и сел за стол. То же самое сделал и доктор Фелл. Стоя позади, около стеклянных контейнеров, Мелсон ухватился за край одного из них, чтобы успокоиться.
— Входите, мистер Стэнли, — почти сонно пригласил доктор Фелл. — Можете не закрывать дверь. Садитесь, пожалуйста.
Стэнли вошел, ступая необычайно тихо для такого крупного мужчины. Мелсон еще никогда не видел его при полном свете, и теперь все то, что он чувствовал и слышал о нем прежде, вернулось с новой силой. Казалось, Стэнли отпрянул от лампы, как боящийся света зверь. Он был в промокшем пальто и без шляпы, поэтому дергал головой, когда капли дождя текли по его лицу. Его глаза ввалились, а широкое лицо с оттопыренными ушами, которое прошлой ночью было свинцового цвета, теперь стало бледным и покрылось пятнами. Тем не менее он улыбался.
— Вы посылали за мной? — спросил Стэнли, открыв глаза шире.
— Да. Садитесь. Мистер Стэнли, сегодня по вашему адресу были выдвинуты определенные обвинения… предположения…
Стэнли сел, обхватив колени длинными пальцами. Мелсон увидел, что он не улыбается, а не может сдержать подергивание губ. Он сидел неподвижно, как восковая фигура, воплощающая силу, опасность и напряжение, но внезапно склонился вперед.
— Что вы подразумеваете под обвинениями?
— Вы знали покойного инспектора Джорджа Эймса?
— Да… когда-то.
— Но вы не узнали его, когда увидели мертвым прошлой ночью?
— Не узнал. — Стэнли подался вперед еще сильнее и усмехнулся. — Забавно он тогда выглядел, не так ли?
— Но, полагаю, — продолжал