В конце пятидесятых годов англо-американские разведывательные центры забросили в СССР группу шпионов. Руководители зарубежных радиоцентров считали, что переброска прошла удачно, и тогда по открытому пути в Советский Союз в течение нескольких лет пробирались хорошо обученные резиденты. О работе советских разведчиков, сумевших обезвредить опасных пришельцев и даже проникнуть в английский разведцентр, и рассказывается в первой книге романа.
Авторы: Асанов Николай Александрович, Стуритис Юрий Васильевич
их подлая работа над душами могут поколебать чье-то неустойчивое равновесие… А сколько вреда это принесет тем, кто всерьез воспримет их лживые сказки? Человеческая душа — вот главное богатство в нашей стране, а души-то как раз эти людишки и научены калечить…
Павел Михайлович глубоко задумался. Он вспоминал разные случаи, когда перед ним вот так же вставала дилемма: обезвредить ли преступника сразу или дать ему походить на коротком поводке, вспоминал случаи из недавней истории, когда то немцы подлавливали англичан в тайной войне, то англичане ловили немцев на такие же хитрые трюки. Англичане ухитрились однажды заслать к немцам просто мертвое тело, продержав его предварительно в леднике целый месяц, пока для мертвеца шили мундиры и подделывали документы…
Да, Павел Михайлович знал много подобных историй, но сейчас перед ним стояли другие задачи, другие люди — свои, советские, которых он обязан охранять.
Он поймал удивленный взгляд Егерса и спохватился: слишком задумался!
— Первичные мероприятия в отношении шпионов я одобряю, — сказал он. — Но не следует забывать, что английскую разведку создавали хитрые и умные люди. Это вам не немцы, их не упрекнешь в прямолинейности мышления. Англичане наверняка предусмотрели и такой вариант, что эти люди могут провалиться или попасть в наше поле зрения… Вот почему я спросил, как организована негласная охрана. Если шпионы обнаружат слежку, они могут принести нам, как известно, много вреда…
— Каким образом? — спросил один из присутствующих на совещании у Павла Михайловича. — Мы их арестуем — и все!
— Ну, арестовать шпионов, попавших в поле зрения, совсем не трудно. Но ведь английская разведка могла дать и такое задание: шпионы, поняв, что они провалились, должны продолжать работу как ни в чем не бывало, а меж тем дать знать условным сигналом, что положение опасное.
— Товарищ генерал, но ведь от этого мы тоже ничего не теряем! — сказал начальник следственного отдела. — Мы почувствуем, что игра не дает результатов, что англичане активности не проявляют, и просто прекратим ее, арестовав шпионов…
— Вот тут вы неправы! Мы можем многое потерять! Представьте на минуту, что англичанам стало известно: их шпионы находятся под нашим наблюдением. Тогда в своих телеграммах, которые, — как они будут предполагать, — мы прочитываем, они станут давать ложную информацию, например дадут явку к честному советскому человеку и, наоборот, обелят своего подшефного. И таких телеграмм мы будем получать по нескольку штук в месяц. Против кого тогда повернется игра? Органы безопасности будут тратить время, расследуя эти фальшивки. А самое страшное — это то, что англичане могут бросить тень на честных советских людей. И если мы берем на себя ответственность за такое обоюдоострое мероприятие, так нам необходимо быть особенно бдительными, анализировать малейшие детали поведения шпионов, знать все их мысли… И не дать им заметить нас…
Егерс, усмехнувшись, сказал:
— Почему эти проклятые англичане не могли выбрать другой участок для заброски своих шпионов?
— Не надо думать, что разведки атакуют только побережье Латвии! Из наших ориентировок известно, что разведки стран — участниц НАТО — заметно активизировали заброску своей агентуры в Советский Союз по всем каналам, легальным и нелегальным. В последнее время мы обнаруживали и ловили шпионов и в Белоруссии, и на Украине, и в Краснодарском крае, и на Дальнем Востоке. И дело не обходилось без жертв. На территории Эстонии погиб начальник пограничной заставы старший лейтенант Козлов. Там же, при захвате американских агентов-парашютистов Кука и Тоомла, был тяжело ранен работник Комитета госбезопасности республики…
Из всех участников совещания Голубев несомненно имел самый большой опыт по отражению тайных шпионских атак на Советский Союз. Он начал эту борьбу еще в годы Отечественной войны, воевал сначала против немецкого шпионажа, потом, по мере передислокации шпионских армий к англо-американским кормушкам, против разведок этих стран.
— У меня есть несколько предложений, товарищи, — медленно заговорил Голубев. — Первое, как это ни парадоксально, — помочь оказавшимся в Риге английским шпионам. Они очень хотят создать здесь, в Латвии, безопасный плацдарм для заброски новых шпионских групп. Вероятно, они хотят открыть здесь ворота не только в самую Латвию, но и дальше — на восток, на юг, на север. Это общая мечта всех разведок мира. Так не проще ли нам создать здесь, в Латвии, где уже «приземлились» английские шпионы, все необходимые условия для тех, кто пойдет по их следам? Устроить им «переправы» через границу, организовать опорные пункты для приема этих будущих «посетителей»?..
