Во второй книге романа «Чайки возвращаются к берегу» рассказывается о пребывании советского разведчика Викторса Вэтры в самом пекле английской разведки в Лондоне. Викторс Вэтра — Лидумс-Казимир становится «советником по восточным вопросам» при отделе «Норд» английской разведки. Ему удалось раскрыть пути проникновения английских шпионов в Советский Союз и контролировать их. Роман написан на документальной основе.
Авторы: Асанов Николай Александрович, Стуритис Юрий Васильевич
мнение самого Будриса. Он лучше знает положение и в группе, и в городе. Наконец, он может дать совет Тому, но только через нас, через Лондон. Может быть, он укажет этим двум лицам какие-то безопасные адреса или раздобудет для них безопасные документы. Но его мнение узнать просто необходимо, а до этого мы не можем отвечать Тому на его предложение, разве что сообщить: вопрос рассматривается.
— Вы разговариваете так, словно группа Будриса — ваша личная собственность! — сердито возразил Ребане.
— Простите, мистер Ребане, но я отвечаю за ее безопасность, хотя и нахожусь далеко от моих друзей. И вот еще что: если вы рискнете лично передать какие-то координаты группы Будриса, ставшие, возможно, вам известными по роду работы в отделе «Норд», то я не могу ручаться за безопасность тех, кто ими воспользуется. В одной из своих радиограмм Будрис уже предупреждал об этом. Подпольная борьба более жестока, чем открытая война, в лесу пленных не берут.
Лицо Лидумса стало таким жестоким, что и Ребане, и Большой Джон невольно замолчали. Только после длинной паузы Большой Джон примирительно сказал:
— Мистер Казимир во многом прав. Я думаю, прав он и в том, что советует обратиться непосредственно к Будрису. Только Будрису известно истинное положение дел в группе, мы отсюда можем лишь дать какой-то совет. Подготовьте запрос в группу Будриса и изложите пожелание Тома, мистер Ребане…
— Хорошо! — не очень любезно ответил Ребане.
— Полковник Скотт приглашает вас, господа, на совещание в среду, в два пополудни, — строго официально произнес Большой Джон, словно и не расслышав резкого тона эстонца.
Все молча вышли из его кабинета. За дверью разошлись, даже не взглянув друг на друга.
Но вечером Лидумса навестил Большой Джон. Ничего не объясняя, он рекомендовал Лидумсу держаться осторожнее.
Они посидели больше часа, потягивая коктейли. Большой Джон был чем-то встревожен. Он много расспрашивал Лидумса об условиях подпольной работы в Латвии: действительно ли латышские чекисты так проницательны, как об этом говорят не многие, к сожалению, беженцы; как относится население маленьких городов и хуторов к посторонним лицам — радушно или с подозрением; каковы возможности прописки и можно ли жить без прописки в Риге и других крупных городах Латвии и о многом другом. Но Лидумс понимал, что все эти вопросы связаны с одним: англичане с подозрением относятся к Тому. И объяснил спокойно: да, в Латвии пришельцу трудно. В прошлом году Густав погиб именно потому, что шел один… На «лесных братьев» чекисты постоянно устраивают нападения, которые пришлось вынести и Вилксу. Трудно, трудно…
8
Совещание у полковника Скотта напоминало, скорее, какой-то непринужденный дипломатический раут, тем более что кроме англичан тут присутствовали и эстонец Ребане, и литовец Жакявичус, и латыши Лидумс, Вилкс и Силайс.
Роль хозяйки взяла на себя мисс Нора. Она смешивала коктейли, раскладывала на тарелочки крошечные сандвичи. Не было только лакеев, каждый сам подходил к столу и наливал себе бокал или получал его из рук Норы. Но едва кто-либо заговаривал, остальные умолкали, внимательно слушая, да и бокалы никто не торопился осушить: под строгим взглядом Скотта пить не хотелось.
Главным украшением зала являлся портрет королевы, под которым в непринужденной позе устроился полковник Скотт, покуривавший свою привычную трубку. Свой бокал он поставил на столик с телефонами и не притронулся к нему. С другой стороны столика стоял Маккибин, державший свой бокал в руке, но тоже не пивший. Третьим в этой начальнической группе оказался какой-то господин в визитке, белом галстуке и черных брюках — то ли он пришел со званого завтрака, то ли собирался прямо отсюда на званый обед. Он все поигрывал брелоками на цепочке, прикрепленной к жилетному карману с часами, и это наводило на мысль, что у него в кармане спрятан минифон.
Подчиненные служащие собрались отдельной группой, к ним присоединился и Вилкс. Ребане стоял в центре — сегодня был его день! — и перебрасывался снисходительными фразами то с одним, то с другим из присутствовавших. Лидумс устроился у противоположной стены и рассматривал портрет королевы. Елизавета была написана во весь рост, в коронационном костюме багрового тона, отделанном горностаем. Лицо у нее невыразительное, но приукрашено художником, на фотографиях она выглядела проще…
Хотя совещание носило чисто военный характер, все были одеты в штатское, и внешне оно напоминало деловой разговор
