Во второй книге романа «Чайки возвращаются к берегу» рассказывается о пребывании советского разведчика Викторса Вэтры в самом пекле английской разведки в Лондоне. Викторс Вэтра — Лидумс-Казимир становится «советником по восточным вопросам» при отделе «Норд» английской разведки. Ему удалось раскрыть пути проникновения английских шпионов в Советский Союз и контролировать их. Роман написан на документальной основе.
Авторы: Асанов Николай Александрович, Стуритис Юрий Васильевич
обняв Лидумса за плечи и поманив за собой Джона, провел их в другую комнату, что-то вроде делового кабинета. Там он принялся расспрашивать их о том, какие ошибки допускает английская секретная служба при подготовке агентуры, засылаемой в СССР. Отвечал несколько расстроенный Джон. Да, у англичан есть большие традиции в этом деле. Да, англичане стараются не жертвовать людьми понапрасну, а если жертвы и случаются, то благо страны стоит того…
Лидумс не очень вслушивался в этот лицемерный разговор. Он соображал: пожалуй, именно сейчас, когда они тут «отдыхают», ами прокручивают ленту магнитофона, сопоставляют тон мистера Казимира с его высказываниями, ищут несоответствий, прикидывают, насколько искренним был рассказчик. А потом они примут должное решение, и уж это решение покажет, прав ли он был, щеголяя своей откровенностью, или набил им столько шишек, что они поостерегутся поддаваться его воздействию.
Он покуривал, изредка вставлял слово-два, поддерживая Джона — все-таки он должен был доказывать свой английский патриотизм, — и прислушивался к тишине за стенами этого кабинета.
А через полчаса, как будто все это время только и занимались подготовкой заключительного эффекта, в кабинет вошел полковник Росс и торжественно провозгласил:
— Господа, прошу к столу!
В ту гостиную больше не заходили. Даже сброшенное там пальто Лидумса вынес Эал. И Лидумс еще больше уверился, что там стоят еще горячие от работы магнитофоны, но все кончилось вполне благополучно, именно поэтому и накрыт торжественный стол.
И действительно, Главный, усаживая мистера Казимира рядом с собой, тихо сказал:
— Я бы очень хотел, мистер Казимир, чтобы после посещения некоторых пунктов подготовки наших разведчиков вы нашли время навестить меня. Я прикажу сопровождающему вас молодому офицеру выбрать для этого подходящий день.
— А как быть с мистером Джоном?
— О, мистер Джон, кажется, любит повеселиться! Ему предоставят такую возможность!
«М-да, значит, они все-таки знали о похождениях в Миндене! Правда, там я вел себя по-джентльменски. Предоставил мистеру Джону развлекаться, как он того желает, а сам погулял по городу. А открытки были столь невинны и к тому же были брошены прямо в поезд, что опасаться абсолютно нечего! Если бы было что-то другое, то Главный просто смолчал бы, и только. Ну что ж, перейдем в новые конюшни, как говорят в таких случаях англичане…»
Он благодарно кивнул Главному и приступил к салату из каких-то заморских фруктов, который не так уж и подходил к только что выпитому виски. Впрочем, у русских на этот случай тоже есть подходящая пословица: «В чужой монастырь со своим уставом не ходят!»
Настроение за столом было ровное, благожелательное. Прислуживали несколько лакеев с отличной военной выправкой. И это лишь подчеркивало важность только что состоявшегося заседания.
Прощаясь, Главный сказал, что Лидумс и Джон будут приняты в школе как гости. Лидумс еще раз удивил Главного.
— Я предпочел бы роль обыкновенного слушателя, — заметил он.
— Но это налагает дополнительные и порой неприятные обязанности!
— О, человек моей профессии должен почаще тренироваться! — отозвался Лидумс. — Впрочем, я говорю только о себе. Мистер Джон волен поступать по-своему.
— Хорошо, я дам соответствующие распоряжения! — согласился Главный. И задумчиво добавил: — Хотел бы я, чтобы все мои подчиненные рассуждали, как вы!
— Ну, им-то не так уж часто приходится преодолевать границы и запретные зоны! — рассмеялся Лидумс.
— А может быть, именно из-за плохого тренинга они и проваливаются чаще, чем того хотелось бы?
— По-видимому, прежде всего следует добиваться душевного равновесия. Боюсь, что плохое знание местных условий вызывает у некоторых из них неуверенность. А от неуверенности до провала — один шаг. Так же, как от трусости до стрельбы из пистолета.
— Это ваши предположения?
— Нет, опыт! — твердо ответил Лидумс.
17
Казимира и Джона поселили в небольшом особняке и весь следующий день предоставили для отдыха.
Утром Джон со скучным выражением лица пересчитал оставшиеся марки, отделил себе пятьдесят, остальные отдал Лидумсу и сказал:
— Прогуляюсь.
Лидумс благородно умолчал о минденской прогулке. От двери Джон спросил:
— А чем займетесь вы?
— Порисую.
— Но у вас даже этюдника нет?
— А зачем? Посижу у окна. Видите, за окном прекрасная готика.
