Во второй книге романа «Чайки возвращаются к берегу» рассказывается о пребывании советского разведчика Викторса Вэтры в самом пекле английской разведки в Лондоне. Викторс Вэтра — Лидумс-Казимир становится «советником по восточным вопросам» при отделе «Норд» английской разведки. Ему удалось раскрыть пути проникновения английских шпионов в Советский Союз и контролировать их. Роман написан на документальной основе.
Авторы: Асанов Николай Александрович, Стуритис Юрий Васильевич
и проект реорганизации эмигрантского кабинета, которые Лидумс готовил по просьбе главы незаконного правительства Латвии господина Зариньша, уже сформулированы. Только поездка в Германию помешала Лидумсу поставить их на обсуждение.
Зато теперь самое время это сделать. И посмотреть, как примут их господа министры без портфелей!
2
В этот день у Лидумса, как говорится, отбою не было от гостей. Только что он проводил Малого Джона, как зазвонил телефон. Нора весело поздравила мистера Казимира с возвращением, а затем церемонно сообщила, что его желает навестить Маккибин. Может ли мистер Казимир принять его?
Разумеется, Лидумс сообщил, что нетерпеливо ожидает этого приятного визита. Не так уж часто шеф отдела «Норд» снисходил до визитов к своим подчиненным!
Маккибин был бессменным руководителем одного из самых важных отделов разведки. Правда, он как-то признался мистеру Казимиру, что давно мечтает отдохнуть. Но он должен вырастить свое детище — группу Будриса, вдохнуть в нее подлинную силу, снабдить средствами, организовать вокруг этой группы настоящее подполье националистов. Вот тогда он примет почетную отставку из рук ее величества вместе со званием лорда и крупной пенсией, после чего отправится в свое поместье. На севере Шотландии есть прекрасные реки, в которых водится форель, а рыбная ловля — его хобби! Он как бы упрашивал мистера Казимира позаботиться о том, чтобы отставка его оказалась действительно почетной!
Но с недавних времен военные начали вмешиваться и в дела разведки. Заместителем Маккибина стал полковник Скотт. Скотт, по-видимому, имел сильную руку в военном министерстве и не менее сильную — в министерстве иностранных дел. Он понемногу отодвигал своего шефа на задний план, хотя Маккибин и сопротивлялся. Но не считаться с Маккибином было невозможно даже для полковника Скотта: слишком много тот знал.
И вот Маккибин стоял в дверях, и его широкое лицо излучало живейший интерес к мистеру Казимиру и добродушие, он весь светился, протягивая крупную широкопалую руку. Во дворе Моррис ставил его машину в гараж, чтобы спрятать от любопытных взоров.
О нападении на катер Клозе и гибели пяти человек, как и о смерти Петерсона, Маккибин даже не заикнулся: наверно, уже исключил этих людей из списков и думал только о том, кого заслать вместо погибших.
— Как вы себя чувствуете, мистер Казимир? — добродушно осведомился Маккибин, входя в дом, где, наверно, был больше хозяином, нежели гостем. — Все ли у вас в порядке?
— В смысле напитков не очень, — отшутился Лидумс. — У меня уже были несколько человек на коктейле. А если вы спрашиваете о здоровье или о настроении, то я чувствую себя как нельзя лучше!
Маккибин погрозил ему пальцем, но от бокала виски не отказался. Англичане из отдела «Норд» пили не меньше, чем ами. А уж эти «чертовы ами» пили постоянно.
Мистер Маккибин, конечно же, сразу обратил внимание на подготовленное Лидумсом письмо Скуевицу, лежавшее на письменном столе рядом с пишущей машинкой.
— А вы, я вижу, по теряете связи с друзьями? — спросил он.
— Только что мне сообщили сразу в несколько голосов, что я еще долго буду нахлебником ее величества королевы, — суховато сказал Лидумс. — Если это так, то надо сделать хотя бы то немногое, что в моих силах!
— Я был абсолютно уверен, что временная задержка не подрежет вам крылья! — мягко сказал Маккибин, хотя тон не вязался с холодным внимательным взглядом. — Впрочем, ваше настроение мне понятно! Лучше делать хоть что-то, нежели прозябать в ожидании… — Он оглядел комнату, снова взглянул на Лидумса. — Да, наши вояки причинили нам массу неприятностей! — пожаловался он. — Естественно, что господин Будрис может высказать свое недовольство. Я думаю, вам следует самому объяснить ему ситуацию. — Помолчал, закурил сигару, похожую на ту, с какой неизменно изображался Черчилль, заговорил снова: — Конечно, обсуждавшиеся ранее варианты возвращения через Финляндию или Украину чреваты опасностями. Слишком долог путь. Но мы изучаем еще один вариант… — Он опять помедлил. — Из вашей характеристики, которую составили наши психологи, известно, что вы отличный пловец. Что, если мы высадим вас в пятидесяти километрах от берега Латвии в небольшой резиновой лодке, снабженной мотором? Вы будете в костюме аквалангиста, с достаточным запасом сжатого в акваланге воздуха. Подойдя как можно ближе к берегу, вы затопите лодку, а затем доберетесь под водой до берега. Ваш шеф, господин Будрис, точнее,
