Ну, в общем, ничего такого не случилось. Бежал на физ-ре, упал, потерял сознание, очнулся… и понял, чего же хотят люди. Причем прямым текстом. Ведь теперь я могу читать их мысли! И что-то мне подсказывает, что дело тут вовсе не в шишке на голове. Теперь мне вдруг кажется, что мои знакомые ведут себя очень странно.
Авторы: Kuro
преградой или стеной. Скорее, это было похоже на какое-то пульсирующее поле, очень непостоянное, меняющее свои размеры и форму.
Это ощущение не исчезло и после того, как я ушел. Я знал: в наших отношениях с Ветровым что-то изменилось. Но что именно, и кто этому виной, я не представлял.
В последнее время я перестаю смотреть на жизнь как прежде. Все теперь видится мне в несколько другом свете. Может, это вина моих способностей… а может, я просто взрослею?
Нет-нет-нет, такого быть не может. Я хочу игрушек и каникул. Взрослеть так скучно, мне этого совсем не хочется.
Ты хочешь меня?
Под потолком висела просто огромная хрустальная люстра, и свет мерцал в прозрачных камешках. Играла легкая музыка, слышались речь и звон бокалов.
– Куда ты меня притащил? – шепотом спросил я у Олега, когда мы подходили к стойке.
– А что? Тебе не нравится?
– Да нет, нравится, разумеется, но… Это же не ресторан твоих родителей?
– Нет, конечно. «Профитроли» принадлежит Якову Николаевичу.
– А, понятно, – протянул я, наблюдая, как персонал меняется в лице. – А кто это такой?
– Мой дядя.
– Что? – я не успел договорить, как к нам уже подскочил служащий, вызвавшийся проводить нас до столика.
Раз уж холл оказался таким презентабельным, то могу представить, что будет в самом зале.
Ресторан «Профитроли» находился на первом этаже большого здания, в котором располагался роскошный отель. Весь воздух здесь, казалось, пропитан дорогими духами и запахом отглаженных воротничков.
Когда я вошел в ресторанный зал, чуть язык себе не откусил. Конечно, «Кармелита» был тоже великолепен. Но тут действительно чувствовалась неподдельная роскошь. Наверное, тут только хлеб с водой стоят как полноценный столовский обед.
Хорошо хоть Релинский намекнул, что мы поедем в приличное место. Поэтому я и надел этот почти новый светлый костюм и почистил ботинки. Но все равно я чувствовал себя как никогда некомфортно. Услужливый тип отодвинул для меня стул, и я готов был сквозь землю провалиться.
Только мы приземлились на свои места, как к нам подлетел официант. Я кивком головы дал понять Олегу, что доверяю его вкусу. Тот тут же начал что-то диктовать официанту, а я в это время рассматривал обстановку. Мы сидели у плотной ширмы, увитой плющом, неподалеку плескался маленький фонтанчик. Под потолком висела еще большая люстра, чем в холле, а сам потолок был украшен позолоченной лепниной. По всему залу стояли круглые столики с бордовыми скатертями, на окнах висели бархатные шторы такого же оттенка. Картину дополняли красочные резные колонны — они делали весь интерьер похожим на декорацию к фильму.
Официант удалился. Краем уха я услышал, что Релинский заказал палтуса.
– Я звонил тебе вечером, а ты не взял трубку, – сказал он.
– О, правда? Прости, я, наверное, не слышал.
– И где же ты был?
– У Дениса, – как бы мимоходом бросил я.
– Так вы что, помирились уже? – на лице Олега какое-то странное выражение.
– Ну да… В смысле, мы не ссорились. Просто небольшая заминка.
– И из-за чего же?
– Да так, пустяки, – отмахнулся я и готов был уже завязать разговор на другую тему, но ситуацию спас официант, который принес два бокала белого вина. Как только он ушел, я тут же заговорил.
– А зачем ты уезжаешь в Италию?
– Мы вместе с семьей туда едем по делам. Ну, у родителей там есть и знакомые, и даже какие-то родственники.
– Здорово. Я вот тоже хотел как-нибудь съездить заграницу, – я пригубил напиток.
– Хочешь, летом поедешь вместе со мной? – предложил Олег.
– Что? Нет-нет, спасибо. Потом как-нибудь.
– Да ладно тебе…
– Нет, правда, Олег, я так не могу, извини.
– Ну ладно, как хочешь. Если передумаешь, скажи.
– Окей. Слушай, а у тебя есть братья-сестры?
– У меня две сестры старшие. Лиза, ей двадцать два, вышла замуж в январе. А Катарин учится за границей в колледже, ей будет двадцать.
– Ого, какая у тебя семья. Но в двадцать два года выйти замуж… так рано?
– Почему же рано? Как раз, тем более, у ее мужа хороший бизнес. Это очень удачная партия.
– Но… – я даже не знал, что сказать. Все же, наши с Олегом миры такие разные. – Если она любит этого человека, тогда здорово. Но если иначе, то это как-то… несправедливо.
– Несправедливо? – искренне удивлялся Олег. – Да любая девушка
