Чего хотят…

могу постоянно убегать. Это какой-то замкнутый круг, которому нет конца. Нет, я должен перестать вести себя как дрожащий зверек. Должен перестать постоянно сбегать от проблем, вместо того, чтобы встретиться с ними лицом к лицу.

Как мужчина.

Я сполз с подоконника обратно в комнату, а потом захлопнул окно и задвинул щеколды на прежнее место. Затем глубоко вздохнул и направился к двери.

– Олег, послушай, я… – начал я, выходя в коридор, но Релинского там не оказалось. Ответом мне была только тишина.

– Олег? – непонимающе позвал я, входя в спальню. Но и она была пуста. У стеклянной стены сиротливо лежал мой пиджак, но вещи Релинского исчезли.

Как и их владелец.

Хочешь отвлечься

Число: седьмое мая.

День недели: понедельник.

Настроение: отвратительное.

Состояние: поганое.

Причина: окружающая действительность.

Нет, день начался как обычно. Я проснулся, оделся, собрал сумку и даже нашел ключи (!), но… уже стоя перед дверью, плюнул на все. Скинул обувь, закинул сумку в угол и ключи тоже куда-то сунул.

Затем просто выключил телефон, разделся и повалился обратно на кровать. И больше меня ничего не колышет, пусть весь мир подождет. Раз он так со мной поступает, то и я с ним не играю.

А игра уже давно вышла из-под моего контроля, и теперь я уже фигурка, которую двигают куда ни попадя. Бесит.

Самое смешное, что сейчас я остался почти один на игровом поле. Денис, как я помню, должен уже грузиться в автобус вместе со своей олимпийской командой и с багажом в виде физрука. Родители еще мирно спят в тысяче километров отсюда. Женя с Лерой мило воркуют за моей же партой. А Олег… наверное, он уже спешит в аэропорт, если еще не там.

Вчера, после его внезапного ухода, я еще некоторое время находился в недоумевающем состоянии. Я прошелся по номеру и остановился у окна. Там поднял свой пиджак и накинул на плечи. Потом постоял еще немного и посмотрел на ночной сити. В голове мелькнула мысль, что неплохо было бы сфотографировать это, хотя бы на телефон, но я не стал этого делать.

Я вспомнил, что Олег отпирал дверь карточным ключом, бросился к ней, но тут же облегченно вздохнул, что она легко открывается с внутренней стороны. Выйдя в коридор, я захлопнул дверь и пошел к лифтам. Внизу подошел к служащей отеля и спросил, не видела ли она молодого человека, с которым я пришел. Она улыбнулась и ответила, что тот вышел несколько минут назад, при этом разговаривая по мобильному телефону.

Я поблагодарил девушку, сдержавшись от соблазна ответить на гаденькую мысль, мелькнувшую у нее в голове. Выйдя из отеля, я огляделся, хотя знал, что никого не увижу, а затем направился к стоянке такси.

Я не стал звонить Олегу, да и на мой номер от него сообщений не было. И… не буду скрывать, что я почувствовал некоторое облегчение, когда не застал его в номере. Но смешанное с обидой.

И еще эта его мысль, которую я услышал, когда действие полнолуния начало исчезать. Не скажу, что это было как удар под дых, но… это кольнуло. Ощутимо.

«Влюбился в меня, что ли?»

***

В следующий раз я проснулся уже в районе двенадцати. Пошел на кухню, нарезал себе бутербродов, налил чаю и сел за комп. Убив таким образом несколько часов, я вырубил его и разместился на диване с книжкой. В голову пришла мысль, что стоит включить телефон, но я тут же на нее забил. Тамаре потом скажу, что живот с утра болел, родители думают, что я в школе, а остальные… С остальными я даже разговаривать не хочу.

Весь вечер я провел перед телевизором, бессмысленно щёлкая по кнопкам пульта. В мозгах абсолютно пусто, вакуум. И если и появлялись зародыши каких-то мыслей, то я тут же гнал их прочь.

Самое смешное то, что когда я, наконец, нашёл более или менее приличный фильм, чтобы отвлечься, во всей квартире погас свет. От неожиданности я вздрогнул. Все погрузилось во тьму, только свет уличных фонарей пробивался сквозь шторы. Я подошел и распахнул их. Судя по всему, света не было во всем доме.

За-е-бись.

Я не знал, где у нас лежат свечи, поэтому включил мобильный телефон. И он стал единственным источником света во всей квартире. Через минуту на него пришло несколько сообщений. Два непринятых вызова от Ветрова и четыре от Олега в разные часы. Внутри меня что-то дрогнуло, но перезванивать я не стал.

Я выдернул телевизор из розетки, выключил лампы. Надо бы фонарик купить свой, а то, где он лежит у Сергея, я тоже не знал. На всякий случай я прошел в родительскую спальню и порыскал в ящичках. Но ничего не нашел, а жаль.