Ну, в общем, ничего такого не случилось. Бежал на физ-ре, упал, потерял сознание, очнулся… и понял, чего же хотят люди. Причем прямым текстом. Ведь теперь я могу читать их мысли! И что-то мне подсказывает, что дело тут вовсе не в шишке на голове. Теперь мне вдруг кажется, что мои знакомые ведут себя очень странно.
Авторы: Kuro
причиной?
– Так, и долго я тут буду стоять? – тут же подала она голос, стараясь перекричать говор класса.
– Да стой, сколько хочешь…
– Почему меня окружают одни дебилы?
Было довольно сложно понять, кому принадлежат доносящиеся до меня обрывки мыслей. Но было очень смешно.
Дорамира Дмитриевна опять зорко окинула орлиным взглядом притихший класс и села за свой стол.
– Раз вы все сегодня такие активные, начнем с проверки домашнего задания. Которого у вас нет.
– Ты читал? – спросил я у Леонова, в голове у которого было что-то о ВОВ.
– Ага.
– Ну, да, нашел, у кого спросить, – усмехнулся я. Это ж Женек, наш гений местного масштаба. Хотя иногда ведет себя как настоящий дурак, особенно с девушками.
– Котов, – вдруг резануло мой нежный слух.
– Да, Дорамира Дмитриевна, – без запинки выговорил я, поворачиваясь к математичке.
– Я слышала, что с тобой произошло. Хотя ты хороший актер и симулянт. Как ты себя чувствуешь? Сейчас начнет заливать…
– Прекрасно, спасибо, – улыбнулся я.
– Да? Интересно. Тогда, может, ты и к уроку готов? Вот сейчас точно начнет мне лапшу на уши вешать.
– Готов, – я еле сдержался от ехидной улыбочки в адрес ДД. Весь класс с интересом наблюдал за нашим диалогом, так как, похоже, математичка определилась с жертвой на урок.
– Тогда прошу выйти к доске и продемонстрировать свои знания. Хотя, было бы, что демонстрировать. Задачник, страница триста восемьдесят пятая, задача сорок два.
Только сейчас до меня дошло, на что я подписался! Но отступать было поздно.
Я взял у Женьки задачник (ничего, вон ему Катька свой даст), встал и пошел к доске.
– Удачи, – бросил Леонов. – И прощай.
Ну, конечно, его-то она почти никогда не вызывает. Потому что знает, что из него нельзя ничего выжать. Или из таких, как он, не получится хорошего жертвоприношения Древнему божеству Алгебры. Это еще пострашнее Ктулху будет.
Открыв задачник, я чуть не захлопнул его в ужасе. Что за дьявольские заклинания и пентаграммы?
– Задача сорок два, – повторила ДД.
Я поставил книжечку на подставку, взял мел и записал номер и сам пример. И на этом мои способности закончились.
– Ну, что, Котов? Попался, – я уловил почти победный блеск в глазах Дорамиры. – Ты можешь объяснить нам, что же такое определенный интеграл? Попробуй, попробуй.
Вот черт. И какого хрена я вообще в это полез? Выпендриться решил, а теперь вот приношу ДД еще большее удовольствие от такой медленной и мучительной расправы. А сказал бы сразу, было бы быстрее и менее болезненно.
– Ну… Определенный интеграл – это такая штука… полезная.
Класс тихо захихикал. А кто-то с первый парт даже начал шепотом диктовать мне определение, но…
– А ну-ка тихо! – прикрикнула на ребят ДД, а потом вновь повернулась ко мне со сладкой улыбочкой. – А поподробнее, Котов? Надеюсь, лебедь в журнале прочистит тебе мозги, и ты не будешь тут больше шута корчить.
«Никого я не корчу!» – хотел было возмутиться я, но вовремя заткнулся. Сказал уже один раз, чего не следовало. И ты прощай, Женька.
Я бросил взгляд на своего соседа по парте, у которого была очень сочувствующая физиономия.
И вдруг у меня с языка сорвалось:
– Если функция непрерывна на промежутке числовой оси…
И все тут же удивленно уставились на меня. Причем это удивление читалось почти на всех лицах. Но рекорды били Денис, Женька и Дорамира Дмитриевна.
Однако только я, не будь дураком, догадался, как у меня это получилось. Леонов, ты даже сам не представляешь, как ты меня выручил! Я всегда знал, что на твою умную голову можно положиться.
И, не дав всем опомниться, вновь сосредоточился и продолжил:
– …, содержащем точки x=a и x=b, то разность значений F(b)-F(a), где F(x) – первообразная, называется определенным интегралом от функции f(x) до а и b.
Японские чертики, кто же это придумал? Я сам не понял и половины из того, что сказал.
Первой от шока отошла Дорамира Дмитриевна, пока Денис и Женя искали под партой свои челюсти.
– Да. Быть такого не может. А теперь реши задачу. Это ко всем относится, чего опять расшумелись!
Я повернулся к доске. Так, а вот это уже посложнее. Как же быть?
Я слегка повернул голову и глянул на Леонова, который уже что-то быстро строчил в своей тетрадке.
Может, и с задачей так же получится?
Я вновь
