Чего хотят…

а теперь даже думает с облегчением, что ничего не произошло. Ничего не понимаю, что же изменилось?

– В общем, очень неловко, что так получилось. Но меня волнует кое-что, что произошло до этого. Тогда я задал тебе вопрос, а ты на него не ответил, – Олег повернул голову и посмотрел на меня. – Скажи, Вить, ты любишь меня?

Я просто онемел, по нервам быстро побежали электрические разряды. Казалось, что у меня даже пальцы задрожали. Я не мог поднять глаз и просто посмотреть на Релинского. И тут во внезапно наступившей тишине, даже когда птицы стали петь тише, я отчетливо услышал его мысли.

«Пожалуйста, скажи, что нет».

Ту-дум. Это громко ухнуло мое сердце и звоном отдалось у меня в голове.

Почему?

Мне казалось, что между нами что-то есть.

Почему теперь ты думаешь так?

Олег ждал от меня ответа. И что же мне ему ответить?

Я судорожно выдохнул и крепко сжал пальцы. А потом натянуто улыбнулся и посмотрел на Релинского.

– Нет, не люблю.

«Слава Богу. Хотя… даже жаль. Обидно. Но теперь это не так важно. Дурацкая ситуация».

– А почему ты спрашиваешь? – сглотнул я, старясь прервать поток мыслей. Его и моих.

– Помнишь, мы с тобой разговаривали о том, что такое любовь? На самом деле, тогда я еще не знал этого, не определился. У меня было достаточно партнеров – и парней и девушек. Ты мне понравился, ты был не похож ни на одного из них. Ты стал мне интересен с самого первого дня. Я не жалею о том, что произошло между нами. Но… теперь все изменилось.

– Что же произошло? – прошептал я.

– Теперь у меня есть невеста.

Я просто впал в настоящий шок. Невеста?! Но… как? Когда? Почему?

И… как же я?

– Это Маргарита, – как ни в чем не бывало продолжал Олег. – Наши семьи решили произвести слияние компаний, общие инвестиции и прочее… Не важно. Дело в том, что я знаю Марго с детства. Но теперь мы оба выросли, она стала другой… Она похожа на римскую скульптуру. Я не знаю, как это объяснить. В общем, она приезжает в Россию в следующем месяце.

– И ты женишься на ней?

– Не сразу, конечно. Пока объявлена только дата помолвки, – пожал плечами Олег. А я просто не верил своим ушам, не верил происходящему.

– И что… ты любишь ее? – прохрипел я. – Или все дело только в договоре между семьями?

– Это обычное дело. Но… когда я был в Италии, а там немного другая атмосфера, я подумал: а может, хватит?

– Тебе всего восемнадцать.

– Увы, жаль, что приходится рано взрослеть.

– И тебя это устраивает? Устраивает такая судьба? – не выдержал я.

– Вить… я был готов к такой судьбе с самого рождения. Я не мажорный мальчик, прожигающий деньги родителей. Я – наследник отцовского бизнеса. Тем более, что в последние месяцы у него все хуже со здоровьем, если бы не это, может, все сложилось бы иначе.

– То есть, ты хочешь сказать… – я потер губы и замолчал. Олег посмотрел на меня, и в его взгляде читалась какая-то жалость.

– Может, мне стоит сказать, что мне не стоило втягивать тебя в это. Но ты сам согласился. Тем более, ты должен был понимать, что это не навсегда. Мне просто хотелось показать тебе другую сторону жизни.

– Мне было хорошо и на своей, – буркнул я себе под нос, чтобы Олег этого не услышал.

– Любить способны все, и каждый делает это по-своему. Пол, возраст, статус в этом не имеет никакого значения, я верен этому принципу. Но дело еще в том, какое будущее у этих отношений. Здесь дело не только в сексе. У гомосексуальной любви нет перспектив. И в конечном счете, это всего лишь…

– Чушь…

– Что? – не расслышал Релинский.

– Я сказал, что это чушь! – я встал со скамейки. – Что с тобой такое? Ты говоришь одно, а делаешь другое. Зачем надо было делать такое со мной?! Если все это заканчивается так…

Я замолчал, переводя дыхание и боясь, что предательские слезы выступят у меня на глазах.

Что ты наделал?

Что ты наделал, Котов?

Глупо спрашивать: «А как же я?» Я сам во всем виноват. Это я открыл дверь и сделал первый шаг.

И вот он, конец пути. Тупик.

Мне больно.

– Витя, – Релинский приподнялся со скамьи. – Он же сам сказал, что ничего не чувствует.

– Да, я ничего не чувствую, – я поднял глаза и посмотрел прямо в лицо Олегу. – Я не люблю тебя… Но что-то было, и это была не игра.

Словно я повторяю чьи-то слова. Внезапно в моей голове пронеслось множество воспоминаний.

– Привет, тут