Ну, в общем, ничего такого не случилось. Бежал на физ-ре, упал, потерял сознание, очнулся… и понял, чего же хотят люди. Причем прямым текстом. Ведь теперь я могу читать их мысли! И что-то мне подсказывает, что дело тут вовсе не в шишке на голове. Теперь мне вдруг кажется, что мои знакомые ведут себя очень странно.
Авторы: Kuro
милым голоском попросила она. – Неужели он мне не доверяет? Я никому-никому не скажу. Это из-за девушки, да?
– Если бы, – я горько усмехнулся.
«Это как-то связано с Лерой, что ли?»
Я удивленно вытаращил глаза. Откуда у Юльки такая дьявольская способность обо всем догадываться? Конечно, она думает о Валере как о Лере, но не в этом суть.
А что, если…
Я повернулся к Юле. Она все еще не сводила с меня пристального взгляда, умоляющего довериться ей.
Но ведь это не мой секрет. Я просто не имею права рассказывать про Валеру. Но…
Есть еще кое-что, что лежит у меня на душе. И в этом одна из главных причин, почему мы с Женькой поссорились почти окончательно.
– Юль, – я сглотнул, собирая всю силу воли в кулак. – Кажется, я гей.
«Да ладно?!»
Я внимательно наблюдал, как меняется выражение лица девушки. Сначала оно выражало легкий шок, пухлые губы приоткрылись в немом удивлении. Я ожидал, что после этого на ее лице появится брезгливость или презрение, но этого не произошло. Вместо этого Юля… улыбнулась.
– Знаешь, – прошептала она. – Наверное, я догадывалась об этом. Только в глубине души.
– Как?!
– Не знаю, считай это женской интуицией. Но все же это немного неожиданно.
– И тебе… Тебе не противно?
– С чего это мне должно быть противно? Бедняга, конечно нет. Так, сейчас главное его не задеть. Я не вижу в этом ничего предосудительного.
– То есть, то, что я гей, тебя ничуть не смущает? Для тебя это нормально?
– Вполне, – пожала плечами Юля. – Конечно, живого гея я никогда не видела…
– Эй, я тебе тут не экзотический зверь!
– … но к однополой любви отношусь вполне терпимо. Прости, если задела.
– Нет, ничего, – я задумчиво уставился на доску. Оказывается, урок уже начался, и Леночка вновь рисовала неведомые пентаграммы. – Просто для меня это немного неожиданно. Я сам никак не могу привыкнуть, а ты так спокойно к этому относишься. Я тут душу просто вывернул.
– Я очень рада, что ты мне рассказал. Ну, мне ничего не сделать с тем, что ты таким родился. И, в конце концов, что же в этом плохого? Ты же не педофил и не насильник, просто тебе нравятся парни, как и мне. Ты не фашист, не убийца, не расист – вот этих людей нужно ненавидеть. Тем более, ты не ходишь в розовом топике и люминесцентно-зеленых лосинах. Хотя, было бы интересно посмотреть.
– Боже упаси.
– Вот-вот. Ты вполне обычный человек, ты мой друг, так что мне все равно, какая у тебя ориентация.
– Юль…
– Что?
– Ты потрясающая, я люблю тебя.
– Спасибо, да, я такая, – захихикала одноклассница. – Значит, драка с Леоновым как-то связана с этим? Нет, вряд ли он знает. Ну, не буду пока затрагивать это, как-нибудь потом. Ну, так что у тебя на личном фронте?
– Э? – не понял я.
– Есть кто-то… ну, – заговорщицки зашептала Юля. – Кто тебе нравится? Ага, так он мне и скажет.
– Мне? – воскликнул я. Впередисидящие странно на нас покосились, но потом вновь вернули свое внимание химии.
– Нет, мне. Тебе, конечно. Давай говори, я могила.
– Да нет вроде никого… – неуверенно пробормотал я.
– Ага, так я и поверила, даже покраснел слегка. Неужели совсем никого? – сквозь зубы смеялась Юля.
Неужели я и вправду покраснел?! Бред какой-то.
И нет никого, кто бы мне нравился в качестве… Ну, понятно. В этом я вообще запутался окончательно. Это все из-за Олега и Дениса.
Дениса.
Стоило мне вспомнить об этом придурке, как под ребром защемило.
– О-о-о, – протянула Юля. – Как все запущено. Ну ладно, не говори, пусть это будет тайной. Могу только пожелать тебе удачи.
– Какой еще удачи? Мне вообще ничего подобного не надо.
– Поговори еще. All you need is love, – пропела Юля, за что ей и прилетело.
– Колосова, видно, что тебе очень весело, – окликнула ее химичка. – Раз так, то иди к доске и напиши нам реакции из домашнего упражнения.
– Вот блин, коза, – прошипела Юля, вставая с места. От меня не укрылось, что по дороге они с Катей незаметно поменялись тетрадями. А говорят, что женской дружбы не бывает.
Разговор с Юлей что-то зажег во мне. Может, все не так плохо? Теперь есть человек, который знает мою тайну и при этом поддерживает меня. От этого на душе стало так тепло.
Но есть еще другая тайна, и о ней знать не должен никто. Даже если я кому-нибудь и откроюсь, то мне дорога
