Чего хотят…

– Просто это немного неожиданно.

– Для меня тоже, – еле слышно прошептал Ветров, с удивлением смотря на меня. Я только лучезарно улыбнулся ему, дотрагиваясь пальцами до его руки под столом.

Когда с чаепитием было покончено, я вышел в коридор проводить Дениса.

– Ключи, – я протянул ему связку. Когда наши пальцы соприкоснулись, Ветров схватил меня за ладонь, притягивая к себе и целуя.

– Увидят же, – смущенно прошептал я.

– Не увидят, – улыбнулся Ветров, убирая ключи в карман, и растрепал пальцами мои волосы. – Ладно, я пойду. Мне еще с родителями объясняться. А насчет того, что ты сказал…

– А ты не хочешь?

– Я? Очень хочу, – низко ответил Денис.

О Боже, у меня уже только от его голоса мурашки по спине бегут. Ведь все же я… Я…

– Подожди, закрой глаза, – сказал я ему.

Заметив на тумбочке губную помаду, я взял ее и открыл крутящим движением. Красная. В самый раз.

– Теперь наклонись, – велел я Ветрову. Затем я приподнял его челку, обнажая лоб, и написал помадой одно слово. Подул на надпись, а потом вновь начесал челку на лоб. Усмехнувшись забавному выражению лица Дениса, я все же легко чмокнул его в губы.

– Что ты сделал? – спросил Ветров, удивленно распахивая глаза и протягивая пальцы ко лбу.

– Не трогай, а то испортишь, – пригрозил я. – Придешь домой, посмотришь. Может, и родители не будут слишком на тебя ворчать. Иди.

Смеясь, я вытолкнул ничего не понимающего Дэна за дверь. А потом развернулся, прислоняясь к ней спиной и сгибаясь от хохота.

– Что с тобой, Вить? – из кухни выглянул Сергуня. – Чего такой счастливый?

Счастливый? Да, я счастливый. Самый счастливый человек на свете.

Если бы на чувства можно было бы вешать таблички. Я бы повесил. И написал бы на ней то, что написал на лбу у Дениса.

В следующий раз я скажу это вслух. Хотя… Почему в следующий раз?

– Денис, идиот, подожди! – закричал я на весь подъезд, выбегая за дверь.

КОНЕЦ