Ну, в общем, ничего такого не случилось. Бежал на физ-ре, упал, потерял сознание, очнулся… и понял, чего же хотят люди. Причем прямым текстом. Ведь теперь я могу читать их мысли! И что-то мне подсказывает, что дело тут вовсе не в шишке на голове. Теперь мне вдруг кажется, что мои знакомые ведут себя очень странно.
Авторы: Kuro
с воплями бросилась по кабинетам. И я сумел затеряться в этой общей массе. Но вот только выражение лица Баркова ничего хорошего не сулило. Почему-то его задевали вопросы о его фигуре. Какой-то он закомплексованный на этой почве.
Кто бы говорил, да?
На самом деле, я был одним из самых низкорослых мальчиков в нашем классе. Конечно, но мы же в том возрасте, когда некоторые девчонки выше нас, так что я надеялся на будущее. Вот сломается у меня к седьмому классу голос, может, я даже стану выше Ветрова.
И Вика на меня внимание обратит, я уже не буду маленьким мальчиком.
– Почему ты вечно ищешь неприятности на пятую точку? – спросил меня Женек, когда я сел на свое место рядом с ним.
– Он первый начал, – буркнул я.
– Как бы после школы не огреб лишнего.
М-да, об этом-то я и не подумал. Ну, поздно пить Боржоми, когда почки отвалились.
– Да ладно тебе, – отмахнулся я. – Не убьют же меня, в конце концов.
– Но, если что вдруг, кому бы ты хотел оставить свою коллекцию фишек?
– Фиг тебе, – для пущей убедительности я показал его. – Чтоб со мной закопали.
– Это как у древних египтян. Вместе с фараонами закапывали всякие безделушки, украшения, посуду для загробного мира.
– Зачем посуда в загробном мире? Ерунда какая-то.
– А вот они так делали, верили, что там существует другая жизнь. Говорят, что даже вместе с ними хоронили некоторых близких слуг или жен.
– Точно, тогда пусть тебя вместе со мной похоронят.
– Я что тебе, слуга, что ли?! – опешил Леонов.
– Ха-ха, но не жена же. Шучу, шучу, не смотри на меня так. Это тебе за твои мрачные мысли. Я еще умирать не собираюсь.
– Я тоже как-то. Но если ты и дальше будешь себя вести так же, то твоя жизнь сильно сократится.
– А что? Почему все так боятся этого Баркова? А вот Ветрова этого, наоборот, все просто обожают. Бесит.
– Опа-на. Так тут дело не в Димане, тебя больше Денис раздражает. По-моему, очень приятный парень.
– Приятные парни не общаются с такими свиньями.
– Все, тихо, а то я опять что-то важное из-за тебя пропустил.
– Ладно-ладно. Ботан.
– Что?
– Ничего-ничего, пиши, дорогой.
С Леоновым мы с детского сада, правда, тогда мы были в разных группах. Он в девятой, а я в восьмой. Но в песочнице иногда вместе играли. Однажды вместе нажрались сосулек. Только потом заболел почему-то один только я. Ох, и влетело мне тогда.
В средней школе учиться, конечно, сложнее, чем в младшей, но этот первый год в ней я кое-как пережил. И без троек даже. Что уж говорить про Женька, он как был круглым (идиотом) отличником, так им и остался. Говорит, что его мечта — получить в конце обучения золотую медаль, как его отец. Разве это мечта? Вот я хочу быть космическим рейнджером. А на что эта медаль, пусть она даже и золотая? Ну, до конца обучения еще долго.
Интересно, каким я буду в одиннадцатом классе? Думаю, таким высоким, красивым, отращу волосы и буду встречаться с какой-нибудь красивой девчонкой. С той же Викой, например.
Уроки подошли к концу. Ну, слава Богу, я уж думал, не дотерплю. Как вообще можно учиться, когда весна стучит во все двери и окна? Так и хочется вырваться из дома и пропадать где-нибудь весь день.
Правда, в последние дни иногда лили дожди, но вот уже солнце светит вовсю. Скоро и лужи высохнут, и цветы на клумбах появятся. Красота.
– Эй, Котов, – не успел я дойти до ворот школы, как на моем плече внезапно появился какой-то чужеродный предмет. Я посмотрел на него и увидел большую мясистую ладонь. Мне стало немного не по себе, когда я предположил, кому она могла принадлежать.
Но внешне я постарался сохранить спокойствие и развернулся, скидывая руку.
Передо мной стоял, разумеется, неизменный Барков, за ним, с каким-то хитрожопым выражением лица, Дорофеев. Ветрова я что-то не видел, но, думаю, что он недалеко.
– Чего тебе? – спросил я. Почему-то в груди очень сильно сердце билось о грудную клетку. А я не боюсь, не боюсь я.
– Какой ты грубый. Мамочка не учила, как разговаривать со старшими, малявка?
– Мамочка не учила меня разговаривать с идиотами, – фыркнул я.
Но Диман даже не нахмурился, наоборот, на его лице появилась странная ухмылка.
– Смелый тут самый, да, мелочь? Не убедительно как-то. Ебать, вроде пацан, а на девчонку все равно похож.
Тут у меня все внутри вскипело. Знает, на что давить, козел.
– Сам ты похож.
– Что ж ты так встрепенулся, люся? (Прим: здесь имеется
