Ну, в общем, ничего такого не случилось. Бежал на физ-ре, упал, потерял сознание, очнулся… и понял, чего же хотят люди. Причем прямым текстом. Ведь теперь я могу читать их мысли! И что-то мне подсказывает, что дело тут вовсе не в шишке на голове. Теперь мне вдруг кажется, что мои знакомые ведут себя очень странно.
Авторы: Kuro
передать. И еще: совещание переносится на тридцатое число. Так же в семь.
– Хорошо, Ирина. Когда это надо отдать?
– Крайний срок – двадцать восьмого утром.
– Ладно, зайди тогда за этими завтра после обеда. Ты у Марии Федоровны была?
– Да, она все закончила, пусть и немного припозднилась.
– Все равно плохо. Порядок надо соблюдать в таких делах. Все, можешь идти… Или что-то еще?
– Да, – в голосе зазвучали какие-то иные нотки, вновь донесся цокот шпилек. – Вы завтра вечером заняты? Если Вы закончите к обеду…
– Потом еще надо будет к совещанию подготовиться.
– Да чего там готовиться, я уверена, что Вы и так справитесь. Ну, пожалуйста, Анатолий, только один раз.
– Ира, мы это уже сто раз обсуждали. Даже если это будет и один раз, все равно ничего не получится.
Внезапно дверца шкафа приоткрылась, образуя узкую щелочку. Я поднял голову и через плечо Олега увидел стол, за которым сидел Анатолий Викторович. А над столом склонилась секретарша Ирочка. На ее лице было самое кокетливое выражение с ноткой обиды, а лицо завуча по-прежнему оставалось спокойным и бесстрастным.
– Но почему? – надула губки девушка.
– Я думаю, что тут и без объяснений понятно. Когда же ей уже надоест? Я ей столько раз давал понять, что между нами ничего не будет, но она все равно никак не отцепится. Она меня так с ума сведет! А еще эта ситуация с кражей. Ужасно, просто ужасно. Эти следователи ничего не могут сделать, чтобы найти преступника, если, конечно, это действительно не парень. Но кто же еще это мог сделать, я не понимаю.
– Мне не понятно! Глупый и самодовольный наглец. Ну чего ему еще надо? Когда же он обратит на меня внимание? Годы-то летят, ничего с этим не поделаешь. Ну жалко ему, что ли?! У него же никого нет, а я сама столько раз ему предлагала. Идиот. Имбецил. Ледышка. Мой. Посмотрим еще.
Олег аккуратно протянул руку назад и прикрыл дверцу обратно, ухватившись за толстый шуруп.
Вновь темнота и тело другого парня.
– Ирина, мне надо работать, тебе тоже. Давай, больше не будем об этом, ладно?
Послышался какой-то шум, а потом удаляющиеся постукивания. Вновь наступила тишина.
Что это сейчас было? Она, что, клеилась к нему?
Хотя, не удивительно. Она до сих пор не замужем, а он тоже одинок и красив. Но, похоже, такие отношения нашего завуча совсем не интересуют. Трудоголик законченный.
«Не дай Бог, он полезет в шкаф. Хотя, что ему тут может понадобиться? Но если он сейчас будет работать, мы тут застрянем надолго. А я уже почти на грани. Надо что-то делать. Если бы достать телефон, он у меня в правом кармане брюк, не могу опустить руку».
Я тоже не могу! Я сейчас тут коньки отброшу. Ну, по крайней мере, я сделаю это раньше, чем Анатолий Викторович приложит к этому руку.
Я попробовал пошевелить левой рукой, это далось достаточно легко. Потом собрал волю в кулак и протянул ее вперед, нащупывая ткань брюк Олега. Я почувствовал, как он вздрогнул.
«Что он хочет сделать?»
Я опустил руку ему на бедро и нашел складку кармана. Просунув туда руку, нащупал телефон и вытащил его. Снял блокировку, и дисплей засиял, озаряя внутренность шкафа. Но я наклонил голову еще ниже, позволяя волосам совсем скрыть мое лицо.
«Почему он прячет взгляд? Совсем еще дитя».
Ничего я не дитя! Вот вылезем, я тебе припомню!
Номер Леры был в быстром наборе, поэтому я меньше чем за полминуты успел написать и отправить сигнал о помощи.
Оставалось только ждать.
Так, все в порядке. У меня просто молодой организм. У некоторых он вообще реагирует на все, что движется. Я же не извращенец какой-то! И Олег тоже. Хотя, насчет последнего я почему-то сомневаюсь. Откуда эти похабные смутные мысли? Ладно, он — би, даже имел дело с парнями. Но я-то тут причем? Те парни наверняка были старше, симпатичней, и все такое.
Для Олега я просто знакомый, товарищ, может, даже друг. И все. Я никак не могу интересовать его в таком смысле…
Господи, о чем я думаю?! В каком таком смысле?! Откуда такие мысли?
Я точно схожу с ума. Уже сошел. И все из-за этого шкафа.
Послышался стук в дверь.
– Да, войдите.
– Анатолий Викторович, можно, да? – это был знакомый, чуть низковатый, голосок. – Там на лестнице мальчишка окно разбил.
– Да, сейчас иду.
Судя по всему, завуч встал, и они вместе с девушкой вышли из кабинета.
Как только дверь за ними захлопнулась, мы тут же вывалились из шкафа.
Я вздохнул. Наконец-то свобода!
