Чего хотят…

кастрюли.

Некоторые были уже готовы, особенно Лида, которая не знала меры и уже вешалась на шею почти каждому. И в какой-то момент я заметила, что она слишком близко и рискованно находится у края крыши. Я подошла к ней, взяла за руку и попыталась как-то до нее достучаться.

– Лида! Лид, может хватит? Давай спустимся?

– Че? Ты кто такая? Пошла на хуй, коза…

– Лид… Лид, правда, это опасно.

– Отвали! – махнула она ручкой с острыми красными ногтями и потеряла равновесие, покачнувшись на каблуках. Я среагировала очень быстро, ухватив ее за плечи и дернув обратно. Но удержаться сама не смогла и полетела вниз.

Не знаю, что бы случилось, если бы я свалилась прямо в кусты, росшие под стенами дома. Я в страхе зажмурилась и закрыла лицо руками. Внизу и за моей спиной послышались многочисленные крики. Но падения не произошло, потому что за талию меня подхватили сильные руки и затащили обратно на крышу. Почувствовав под ногами твердую опору, я открыла глаза и перевела дыхание. Все, больше на крышу я ни ногой.

– Ну, тогда давай спускаться, – раздался веселый голос у меня над ухом. Ой, я сказала это вслух.

Я обернулась и чуть не спрыгнула с крыши сама. Передо мной стоял Виталий.

Парень, поддерживая меня за плечи, помог мне спуститься.

Так все и началось. Я набралась храбрости и больше не боялась подходить к Котову. Да и он начал оказывать мне знаки внимания.

Через месяц мы начали встречаться. Такое я могла представить только в самых своих смелых мечтах. Виталий всегда был в центре событий, и я стремилась быть там вместе с ним. Вокруг него всегда были друзья и поклонницы. Последние меня терпеть не могли и не упускали возможность как-то меня поддеть. Но я не обращала на это внимания.

Потом после одной из дискотек дело у нас дошло до совместной ночи. Среди молодых людей уже никто не придерживался правила, что до свадьбы ни-ни. Над этим откровенно потешались. В конце концов, сказал мне как-то Виталик, это всего лишь секс.

Частенько Виталий где-то пропадал, и я не могла постоянно быть рядом с ним. Они с братом и мамой жили в двушке недалеко от нашего общежития. Общага, надо сказать, была не самым приятным местом, поэтому я стала чаще приходить к ним, когда нужно было готовиться к экзаменам и сессиям. Чаще Виталия там не оказывалось, но его мама и брат Сережа принимали меня хорошо. С последним, кстати, мы очень крепко подружились и теперь даже решили писать курсовые вместе.

Сергуня был не похож на своего брата. Он был милым и более домашним. Но, в то же время, у него был сильный характер, пусть порой он и вел себя как ребенок, поедающий карамельки. Виталий терпеть не мог сладкое. С Сергеем всегда можно было быть самой собой, он словно стал для меня братом, которого у меня никогда не было.

Тетя Марина была замечательной женщиной. Она говорила, что я не похожа на бывших девушек Виталия. Хотя бы тем, что они почти не приходили к нему домой. Она даже шепнула мне как-то, что очень надеется увидеть меня в роли невесты своего сына.

А я сама в глубине души мечтала об этом, потому что любила Виталия больше всего на свете, каким бы он ни был. Сергуня тоже сказал мне, что будет очень рад, если я стану частью их семьи. Но вот сам Виталик никогда об этом не заговаривал. Но я его понимала, все же молодость, надо прожить ее так, чтобы на всю жизнь запомнить.

Он и проживал, а я все еще не могла быть все время с ним. Скоро до меня стали доходить всякие грязные слухи и сплетни, но я не верила ни одной из них, потому что понимала, что соперницы просто желчью исходят от зависти. Да и сам Котов смеялся над всем этим. И я верила, и доверяла ему, потому что любила. И прощала его.

Однажды я сильно заболела. Я плохо себя чувствовала, болел живот, меня тошнило. Наконец, я решила сходить к врачу. Тогда он мне и сказал, что я беременна.

Я не знала, как на это реагировать. Это было совершенно неожиданно. А потом я расплакалась. От радости. Как бы я ни была огорошена и абсолютно не готова к этому, но я была счастлива, потому что во мне развивалось маленькое существо от человека, которого я любила.

А потом начался ад. Только с одного слова. «Аборт».

Как только я рассказала об этом Виталию, он сразу побледнел. Потом замолчал, но вновь ободряюще улыбнулся. Он сказал, что будет хорошо, что он может финансово помочь мне с этим, найти хорошего врача.

А я сидела и просто ничего не понимала, не верила своим ушам. Меня словно пыльным мешком по голове ударили. Он предлагает мне деньги, чтобы я убила своего ребенка. Нашего ребенка!

Я не выдержала и сорвалась. Тогда и он наорал