Ну, в общем, ничего такого не случилось. Бежал на физ-ре, упал, потерял сознание, очнулся… и понял, чего же хотят люди. Причем прямым текстом. Ведь теперь я могу читать их мысли! И что-то мне подсказывает, что дело тут вовсе не в шишке на голове. Теперь мне вдруг кажется, что мои знакомые ведут себя очень странно.
Авторы: Kuro
ко мне через каждые десять минут, спрашивая, не заболел ли я. Но за отсутствие хлеба мне тоже не перепало, так как Сергуня купил буханку, зайдя в магазин после работы.
Сначала я просто валялся на кровати и смотрел в стенку, периодически подковыривая обои ногтем. В конце концов, я впал даже в какую-то полудрему, постепенно забываясь.
Но долго так лежать я попросту не мог. Надо было срочно отвлечься на что-то. Поэтому дальше я занимался обычной ерундой: полистал журнал, залез в Инет, поиграл в онлайн-игрушку. Но все это быстро мне надоело.
После ужина я, переместившись на кухню, смотрел маленький телевизор и что-то жевал.
Почему, когда смотришь на экран, то часто представляешь себя на месте главного героя? Думаешь, как ты бы поступил на его месте, что бы сделал, и как потом все тобой восхищались бы. Но как только с тобой происходит какая-то неурядица, то просто спешишь поскорее избавиться от нее самым легким способом. Или просто забыть о ней.
– Сынок, с тобой все в порядке? – наконец не выдержала мама, когда я отправился спать часов в одиннадцать. А в голове у меня прошуршало. – Надо бы позвонить Свете, пусть она его посмотрит.
Нет, я так больше не могу!
– Со мной все в порядке, – как можно спокойнее сказал я, а потом на всякий случай добавил. – Мам, а ты знаешь, что тетя Света собирается в отпуск?
Мама очень удивилась этому известию, но у меня было такое честное лицо. Нет, пусть тетя Света мне нравится, и не только как доктор или родная тетя, но и как просто хороший человек, только вот желание идти к какому-либо врачу отпало.
Не хочу провести свою юность среди людей, кусающих прохожих или мнящими себя Обамами.
Надеюсь, что смогу уснуть после всего пережитого.
Одеяло нашлось в ванной.
* * * * * * * * * * * *
С утра меня разбудил жуткий грохот.
Я вскочил с кровати, быстро ища, чем бы вооружиться. Ведь первое, что могло прийти в голову — началась Третья мировая.
Раздался громкий вопль Сереги, и я вылетел в коридор, где передо мной предстала необычная утренняя картина.
Мой отчим резво скакал на одной ноге, придерживая при этом пятку на другой. Возле него в отчаянии скакала мама, правда, на двух ногах, и жалобно причитала.
– Сереженька, прости меня, прости!
– А, ничего, все в порядке, жить буду, – просипел Сергуня. – Надеюсь только, палец не отвалится.
А палец на его ноге действительно посинел, было чего опасаться.
Тут они заметили меня и замерли, удивлено вылупив глазки.
Только тут я понял, что стою в довольно воинственной позе, держа перед собой в качестве оружия свою подушку.
– Сынок, с тобой все в порядке? – если мне не изменяет память, то мама говорит эту фразу в последнее время слишком часто.
– Витек, ты хоть раз можешь встать нормально? – рассмеялся Серега, опуская ногу. Видимо, он все понял и теперь вот тихо подхихикивал надо мной.
Возле его ног валялась кастрюля, крышка от которой лежала в дальнем углу. Так, значит военные действия отменяются, просто мама уронила Сергуне на ногу эту посудину. Вот бедняга.
Хотя радоваться отсутствию мобилизации особенно нечего. Так как тут затевается кое-что посерьезнее, а именно то, что называется «подготовка к поездке на дачу».
О, нет, я же болен, мне плохо, воды, воды… Какая дача?
– Сынок, ты бы это… опустил подушку, – попросила мама.
А вот нет бы обрадоваться, что у нее такой отважный сын. Бросился защищать семью в одних пижамных шортах с подушкой наперевес, не испугался. Я бы на ее месте был бы горд собою. А потом дал бы таблеточку.
Я вернулся к себе в комнату и положил подушку на ее законное место.
– Вить, – в комнату зашла мама. – Мы тут подумали, тебе не стоит сегодня с нами ездить. Полежи еще немного дома, мало ли что. А жаль, такой помощник пропадает, сейчас бы быстро пару грядочек вскопал. Но он как-то странно вел себя вчера, лучше не рисковать.
Надеюсь, мама не надеялась, что я начну изображать вселенскую скорбь по этому делу. Но рано или поздно (лучше поздно) она все равно на эту дачу меня затащит. Да и Сергуня ей в этом поможет, чтобы ему там одному не мучиться, а найти товарища по несчастью.
Сон мой однако пропал, поэтому пришлось кое-как заправить постель, потом переместиться на кухню, чтобы взять бутерброды и чай. Собрав эти скромные запасы, я сел завтракать в зале, чтобы не мешаться родичам под ногами.
А то они в порыве своей дачной страсти пришибут меня и не заметят.
