Когда я пришел в этот мир, выбрал я три события, достойные жизни. Выбрал себе Врага, ибо хороший Враг — достойный противник. Выбрал я себе Друга, ибо хороший Друг — достойный противник. И выбрал я себе Любовь, ибо это то, что позволяет отличить Друга от Врага.
Авторы: Оркас Анатолий
дышать, а еще — как разливается по телу боль.
И чем дальше, тем сильнее.
Сам процесс умирания ни в какое сравнение не шел с этим мощным потоком боли, когда болела каждая клеточка, включался каждый нерв, а их было много миллионов и боль сливалась в струи, в фонтаны, в реки….
— АаааааААААААААААА! — выдохнул Марк в пространство.
И забился на земле, ибо тело имело свое мнение на этот счет.
Маг посмотрел на это скептически, подождал, пока улягутся конвульсии, и продолжил поить оживающего.
— Вот так выглядит боль заживления, — сказал он спокойно. — Да, штука мало приятная, и не один, и не два мага, вполне способных вернуться обратно после насильственной смерти, не выдерживали этой мелочи.
— Мелочи? — трясущимися губами спросил Марк. Говорить связно было тяжело — каждое движение еще отдавалось по всему телу болезненными спазмами.
— Конечно, мелочи. Вот, смотри. Минута-две, и ты почти целый. Ну, разумеется, бок и легкие будут заживать еще некоторое время. А сердце у тебя уже работоспособно, и нигде не течет. И мозги работают, и почки… Кстати, почкам еще работать, поэтому я бы тебе рекомендовал бы снять штаны прямо сейчас. А то можешь не успеть.
— Сволочи, такую жизнь загубили, — Марк трясущимися руками расстегивал штаны.
— Какую?
— Прежнюю!
— А она тебе очень нужна была?
— Я к ней привык.
— Да… Сбросить старые цепи не легко, правда?
— Да сколько можно!!! — Марк яростно пытался обуздать тело, и застегнуть штаны.
— Что именно?
— Сбрасывать цепи!
— А кто тебе виноват? Ты одни цепи сбросишь, а другие — оденешь. И снова кидаешься их стаскивать. Только стянешь — подыскиваешь себе следующие. А потом еще тоскуешь по старым.
— Все равно. Сволочи.
— Ну, как хочешь. За что тебя?
Марк подумал… И рассказал.
— Сочувствую, — сказал маг.
— Кому, мне, им, или себе?
— Тебе, в основном… То-то я думаю… Ну, ладно, меня это почти не касается. Хотя, Темные — это еще те противники… Кстати, ты себе уже выбрал достойного противника?
— Я? Выбрал? А что, обязательно выбирать себе противника?
— Не обязательно. Но желательно. Вот, смотри. Есть у тебя нож. Если у тебя есть, что им резать — ты режешь. А если нечего — кладешь на полочку. И лежит он, ржавеет, тупится…
— Могу ведь и не класть?
— Можешь. Но тогда ты начинаешь резать, что попало: буквы на деревьях, сердце у девушек, целые народы…. Поэтому, если имеешь хороший ножик, надо обязательно иметь для него запасы материала. Имеешь возможности — надо иметь хорошего противника.
— Ну, ладно, желание — это автомат. А что же тогда ножик?
— Ножик это твоя защита.
— Не понял?
— Как ты думаешь, вот если тебя съест хищник, это хорошо или плохо?
— Фу… Плохо, конечно!
— Для кого?
— Для меня!
— А для него?
Марк только открыл рот, чтобы сказать, что проблемы индейцев шерифа не волнуют, но тут же остановился. Учитель собирался ответить на его вопрос. Значит, сейчас шерифа волнуют любые проблемы.
— Хорошо, для него — хорошо.
— Ты уверен?
— Да что такое! И так не так, и эдак не подходит! Конечно, хорошо! Он же голодный!
— А вдруг ты ядовитый?
— Ну, вдруг… А вдруг — нет?
— Хорошо, а вдруг ты вооружен, и очень опасен?
— Не понимаю, к чему все это….
— К тому, мил покойник, что нападение на тебя хищника — это не «хорошо» и не «плохо». Ни тебе, ни ему. Это называется «жизнь». И либо ты его, либо он тебя. А теперь, внимание, вопрос. А если все хищники на свете исчезнут враз — то что ты будешь делать?
— Заживу…. И обленюсь в конце концов.
— Вот именно. Жизнь — это вечная борьба со смертью. Постоянная, ежесекундная. И это правильно, потому что только таким образом можно заставить жизнь совершенствоваться. И если вдруг когда-нибудь исчезнут все враги на свете — то зачем тебе все твои защиты?
— Мои защиты? А у меня их много?
— Ты же жив? И был жив до этого несчастного случая?
— Я… А я даже не знал, что имею какие-то магические защиты….
— Не магические они, — поморщился маг. — Обычные. Они есть у каждого существа, у каждого! Люди отличаются только тем, что для них не существует чужих решений. И конечно их много! Защита от еды — ты выбираешь из еды только то, что тебе полезно. Защита от воздуха — ты выбираешь из него только то, что тебе нужно.
— Защита от земли, — подхватил Марк. — Я выбираю…. Ну, хорошо, пусть будет «защита от огня». У меня этот… Как его… Терморегуляция!
— Совершенно верно, и это тоже. И у каждого человека, и у каждого живого существа есть своя защита от окружающего мира. И чем больше у тебя возможностей, тем больше врагов тебе нужно, иначе
