Когда я пришел в этот мир, выбрал я три события, достойные жизни. Выбрал себе Врага, ибо хороший Враг — достойный противник. Выбрал я себе Друга, ибо хороший Друг — достойный противник. И выбрал я себе Любовь, ибо это то, что позволяет отличить Друга от Врага.
Авторы: Оркас Анатолий
вели себя как мальчишка, Марк.
— А я и есть мальчишка! — отвечал Владыка, стараясь не шмыгать носом.
— Не надо, не надо! Я-то знаю и вижу, что мальчишкой вы перестали быть задолго до того, как надели венец. Не оправдывайтесь передо мной. Вы начали все правильно, проявив свою честь и защитив её. А вот принятие малодушного решения об оставлении титула было неумным.
— И началась бы война с их родом? Они, похоже, на это и рассчитывали!
— Я, признаюсь, тоже. Война с короной дорого обходится и быстро заканчивается. В следующий раз не жалейте всякий сброд, вам же на них потом опираться! Сможете вы опираться на таких? И вообще, забудьте о жалости! Она недостойна короля!
— Ага, а вас тоже не жалеть?
— Именно! — сурово подтвердил Генрих. — Меня жалеть нельзя ни в коем случае!
Пожалуй, единственный, кто одобрил своего короля в этот постыдный день был его шут.
— Владыка! — горестно сказал Бифи. — Если я тебе не нужен — скажи мне об этом заранее!
— Бифи! Мы же договорились, что я тебя не выгоняю!
— Но тогда зачем ты меня подсиживаешь? — с хитрой ухмылкой подмигнул ему шут. — Такое развлечение должен был организовывать я! Хотя и ты был неплох.
И Марк впервые вздохнул с облегчением. Но утешение быть посмешищем в глазах собственных придворных было слишком слабым…
Но и это ещё не всё!
Буквально через пару дней в разгар совещания за дверью послышался шум, и в тронный зал ворвался, по-другому не скажешь, рыцарь в полном доспехе, но со снятым шлемом. На плечах его висел заляпанный и выцветший плащ, когда-то бывший синим. За ним вошли ещё пять человек, то ли оруженосцы, то ли охрана, то ли просто друзья.
— Вот ты где! — громогласно провозгласил он, уткнув палец в сидящего на троне Марка.
Марк огляделся в поисках поддержки и понимания.
И понял, что происходит что-то очень тревожное. Ибо все находящиеся в зале явно знали пришедшего. Кто-то смущенно уставился в пол, не желая встречаться взглядом с ним, кто-то откровенно усмехался, ожидая грядущего скандала, а кто-то прямо смотрел на него.
И в первую секунду Марк струхнул. Трон, уже согретый его задницей, вдруг закачался и стал очень неуютным.
Ровно на одну секунду.
— Вот ты где, паршивый проходимец! — загрохотал пришелец. — И уже на трон взгромоздился.
— Это кто? — спросил Марк, чувствуя, как с него тихонько сползает липкий страх. Внутри все кучерявилось и переворачивалось. Но страх уходил. Наоборот, ситуация начала забавлять.
— Рыцарь его величества, граф де ля Фрель, владелец графства Нордшир, кавалер…
— Достаточно! — махнул рукой Марк. — Итак, граф, вы хотите мне что-то сказать?
— Слезай с трона, дубина!
Марк встал и спустился с трона, встав напротив рыцаря, шагах в трёх . Так, чтобы охрана была недалеко. Слишком невпечатляюще смотрелся он на фоне этого широкоплечего, бронированного человека.
— По какому праву ты врываешься сюда и командуешь здесь? — негромко спросил Марк, вспоминая уроки.
— Стоило мне отлучиться на недельку, и ты уже залез на трон, вошь недорезанная! Да ты, презренный пейзан, недостойный места у порога этого дворца…
Марк слушал, не выказывая никакого раздражения и не испытывая его. Но потихоньку до него стал доходить смысл высказываний. Этот рыцарь куда-то умотал и отсутствовал во время его «выборов» и коронации. А он явно имел свои планы на трон и того, кто будет на нем сидеть.
Ну, а кто их не имел?
— Возможно, уважаемый граф, вы и имели свои притязания на этот трон. Возможно, они были уважительны и достойны, — сказал Марк спокойно. — Пока трон был свободен. Но сейчас вы разговариваете не с каким-то там проходимцем. Я получил это место законным образом, и я принес клятву защищать свой народ. И, надев этот венец…
Марк поправил корону на голове.
— …я стал законным правителем этой страны. И вы, граф, разговариваете не с проходимцем, недостойным и так далее. Вы говорите с королём. На колени.
Последнюю фразу он произнес тем же равнодушным тоном, не повышая голоса и не вкладывая в интонацию повелительных ноток.
Но все в зале замерли.
И рыцарь перед Марком, возвышающийся в своих красивых доспехах, знатный по самое «не могу», только что получил приказ от короля.
Сейчас перед ним стоит куда более сложный выбор, чем у Владыки ещё пару минут назад.
Марк физически ощущал, как у тяжело дышащего графа ворочаются шестеренки. Что сделать? Напасть? Как бы это ни было, но это будет нападение на короля, измена, со всеми вытекающими. И даже если он сейчас раскидает охрану и задушит вот этого негодяя…
Который успел короноваться. Сейчас он — законная власть. А бороться с властью этот рыцарь не обучен. Его
