Когда я пришел в этот мир, выбрал я три события, достойные жизни. Выбрал себе Врага, ибо хороший Враг — достойный противник. Выбрал я себе Друга, ибо хороший Друг — достойный противник. И выбрал я себе Любовь, ибо это то, что позволяет отличить Друга от Врага.
Авторы: Оркас Анатолий
— Это приглашение сильно сократило бы твою жизнь, а я пока ещё желаю видеть тебя в здравии. Ты мне нужен не только в качестве памяти.
— Ага, для всяких тёмных делишек…
— Это не тёмные делишки. Это дело государственной важности. Ты, помнится, потому и ушел в разбойники, что житья не было от солдат. Да и я в короли попал по тем же причинам — военные затевали что-то своё, а тут мы. И ничего не изменилось. Военные по-прежнему у руля власти, а я — так… Болтаюсь на троне, пока не вякнул. Вчера я вякнул. Так что если всё оставить как есть — через пару месяцев, полгода максимум — военные будут точно так же фигачить по селам, делая что хотят, а я буду сидеть тише мыши. Ибо тоже человек и тоже жить хочу.
— На жалость давишь…
— На разум. Ты прекрасно знаешь, что сделать это — надо. Ты сделаешь это лучше остальных, потому что, во-первых, не сдашь меня никому. А во-вторых…
— Я не уверен, что ты не сдашь меня никому.
— Я??? Когда я тебя посылаю…
— Именно. А в таких играх пешку легко меняют на ферзя.
— Ты умеешь играть в шахматы? Роберт, я с тебя тихо фигею, сколько времени бок о бок прожил — и продолжаю удивляться.
— Удивляйся, я разве мешаю.
— Я не буду разменивать тебя на ферзя. Хотя бы потому, что ты — проходная пешка. И сам можешь стать ферзем. Я даю тебе слово.
— Слово не бренчит и не булькает.
— Ах, да… Ты же разбойник… Надо тебя купить.
— Да, неплохо было бы.
— Ок. Договорились. Итак, завтрашней ночью ты берешь людей и идешь туда…
— Марк, сколько времени вместе прожили бок о бок, а я не перестаю тебе удивляться. Вроде — не глупый человек, не дурак… Король, можно сказать. Как я тебе к завтра уложусь? Соберу людей, составлю план, отслежу всё… За один день? Ты пошутил?
— Да, Роберт, похоже, пошутил неудачно. Сколько тебе времени нужно?
— Откуда я знаю? Столько, сколько будет нужно. Я никогда такого ещё не совершал.
— Какая ещё помощь с меня? Кроме денег?
— План. Точный план всех помещений, желательно — со сменами караула. Отдавать приказы внутри ты, конечно, не сможешь…
— Нет, конечно. Тут полностью твоя инициатива. Оружие нужно?
— Нет, спасибо, тут мы тоже сами, ещё осталось. Что делать с тем, что вынесем?
— Оставь себе. Можешь потом мне продать, я куплю оптом.
— Договорились. Однако, Марк, не ожидал я, что ты меня так подставишь.
— Не дури, Роберт. Это не подстава. Это — государственное управление. Ты забыл, наверное, что ты тоже являешься королевским подданным.
— Мне встать на колени и поцеловать тебе ручку, милорд?
— Это не поможет, — грустно сказал Марк. — Проявление почтения — для толпы. А для дела нужно только дело. И ты — важный механизм в моём государстве. Мне без тебя, как выяснилось, никуда не деться.
На следующий день Генрих показывал Марку два листочка, изрисованных и исписанных.
— Владыка, не прикажете ли подать кнут?
Марк несколько секунд смотрел непонимающе, потом ахнул и кивнул головой.
— Вот честно тебе скажу, Генрих, не знаю. Я творю что-то такое, что выльется либо в мою блистательную победу, либо в огромную, грязную, вонючую лужу, которая обдаст всех нас.
— Так прикажете подать кнут?
— Хорошо, Генрих. Давай.
— Если вы задумали кадровые перестановки, Марк, то это делается не так. Сначала надо подготовить замену.
Марк замер на месте, с полуоткрытым ртом. Действительно, сейчас он думал только о том, как бы прищучить генерала. А что будет потом и кого поставить вместо него — не имел ни малейшего представления!
— Хорошо, Генрих. Я тебя слушаю.
— А что меня слушать, Марк? Я дал тебе пинка, а дальше думай в нужном направлении. Я не распоряжаюсь, я выполняю приказы.
— Удобно иметь тебя в хозяйстве, Генрих.
Глава спецслужб церемонно поклонился.
— Однако, машина уже завертелась и ее не остановить. Ладно, спасибо за мысль, я буду ее думать.
Марк разбирался в законах, а Главный Судья сидел рядом, скучающе постукивая пальцем по кожаному переплету.
— Так, а если крестьянин украдет домашний скот?
— Вору положено клеймо на лоб и виру пострадавшему не менее стоимости украденного.
— А если нет у него того?
— Тогда вора следует заковать в цепи и отправить в заточение.
— А что тогда получает пострадавший?
— Тогда — ничего.
— А смысл тогда заковывать вора?
— Чтобы больше не воровал, — вздохнул Судья так, как будто разговаривал с ребенком.
Марк снова углубился в чтение.
— Ага, а если это дворянин, то дело ограничивается порицанием?
— В целом — да. Уж дворянин не опустится до кражи козы.
— Сколько подобных дел было у вас за прошлый год?
— Ни одного.
— Хорошо,
