Когда я пришел в этот мир, выбрал я три события, достойные жизни. Выбрал себе Врага, ибо хороший Враг — достойный противник. Выбрал я себе Друга, ибо хороший Друг — достойный противник. И выбрал я себе Любовь, ибо это то, что позволяет отличить Друга от Врага.
Авторы: Оркас Анатолий
и камень пролетел над стенами, рухнув где-то во дворе.
— Мазила! — радостно заорали со стен.
— Нормально пошёл, — ответил Марк. — Чуть-чуть ближе. К центру двора.
Второй камень улетел уже лучше. Марк прикинул траекторию и решил, что так всё и оставит.
Отправив войско обедать.
Минут за двадцать до назначенного срока мост опустился, и маленькая колонна, человек тридцать, выехала оттуда, проскакала по деревянным доскам и направилась по дороге к далеким холмам.
— Ну, с Богом! — сказал Марк, провожая глазами удаляющуюся вереницу и возвращаясь взглядом к поднимающемуся мосту. Сердце бешено стучало. Замок дал трещину! Впервые он имел свидетельство того, что ему — верят. Первым в «Гнездо дракона» вошёл страх. Ну или хотя бы вера в то, что Марк — может. — Дальше делаем так. Приготовить лестницы. Если всё получится — перекидываем лестницы на стены, лезем, опускаем мост и спокойно входим.
Рядом скептически кусал усы генерал Трей, и нервно подпрыгивал высокородный отпрыск с личной охраной.
Трое лучников послали по его команде горящие стрелы внутрь замкового двора. Просто чтобы проверить и убедиться, что — долетают.
Взмах царственной рукой.
Уууууух!
Снаряд улетел в небо, и Марк стиснул кулаки, провожая его взглядом.
Сейчас туда улетал не просто снаряд, запущенный местной допотопной катапультой. В небо взмыл кусочек его мира. На который он, Марк, надеялся и рассчитывал. В который вложено куда больше надежд, чем знаний и умений.
Что думает по этому поводу окружающий мир? Смирится, прогнётся или гордо раздавит наглеца?
Секунды текли и Владыка Марк заметно волновался. Внутренний контролёр это отметил. Волнуются люди, напомнил себе Марк. Он не должен волноваться. Всё получится. Потому что он так решил. И вдруг Марк ощутил, как вместе с полётом маленькой тёмной точки улетучивается изнутри волнение и тревога. Ему вдруг в единый миг стало абсолютно безразлично, что там дальше произойдёт. Если ничего — он был готов повернуться и валить нафиг, бросив всё. Так, вроде бы — бумкнуло? Или показалось?
— И это — всё? — донеслось со стены.
— Огонь! — махнул рукой Марк.
Три огненные стрелы улетели за стену. И — тишина.
— Ещё огонь!
И снова три дымных росчерка. И — ничего.
— Тьфу ты. Ну-ка, ещё раз!
Ещё не завершились дымные параболы, как оно грохнуло.
На таком расстоянии грохнуло, в общем, не очень. Но сразу заложило уши, и в затылок ударил ветер. Над замком встал столб белого дыма и пыли.
— Вот и всё. Вперёд, — тихо сказал Марк. И уже заорал: — Вперёд!
— Вперёооооод! — раскатилось волной. Три заготовленные лестницы толпой закинули на стены. Солдаты муравьями полезли по ним. Со стен не вылетело ни одной стрелы.
Марк направился к мосту, попутно отдавая приказы.
— Всех встреченных — добивать. Без жалости. Точнее, именно от жалости. Человек может ещё дышать или не дышать, но быть живым. Поэтому — всех, всех без исключения. Или ударом в сердце, или перерезать горло, если в доспехе. Чтобы люди не мучились. Вылечить их уже невозможно, поэтому милосерднее убить.
Заскрипели канаты, опуская мост. Раздвинулись створки ворот. Трей повторял приказ, и он разносился между людьми.
По мосту побежали уже молча.
Марк вошёл в поверженный замок и лично убедился в качественном исполнении своих приказов. Желудок ударился о затылок и с трудом опустился обратно.
— Не смотрите, Владыка! — сочувственно сказал начальник охраны.
— Ага, барышня кисельная, — ответил справившийся с собой Марк.
И сдвинул сознание. Как будто это не людей убивают по его личному приказу, а просто заканчивается зачистка. Как в компьютерной игре. Не люди, но только персонажи.
Такого ничтожного самовнушения хватило.
Марк убедился, что молодой повеса Леон рядом, и уже собирался отдать ему во владение новый замок, но тут со стен заорали:
— Владыкааааа! Сюдаааааа!
Марк добежал туда и увидел Термеса. То, что это был владелец замка, было понятно даже не по богатым доспехам и плюмажу. Не по шёлковому белому плащу. А по лицу. Лицо это не потеряло ни силы, ни властности, даже залитое кровью и с вытаращенными красными глазами.
Но хозяин замка был жив.
— Вот скажи, не проще было бы просто поговорить? — спросил его Марк.
Непонятно было, услышал его тот или нет, но качнулся на удерживающих его руках и поднял средний палец.
Марк махнул рукой, и солдат с отработанным автоматизмом прервал чудом удержавшуюся жизнь.
Выбравшись во двор, где уже скапливалась груда бывших защитников замка, Марк официально назначил нового хозяина, картинно обвел двор рукой и закончил речь:
— Надеюсь,
