Когда я пришел в этот мир, выбрал я три события, достойные жизни. Выбрал себе Врага, ибо хороший Враг — достойный противник. Выбрал я себе Друга, ибо хороший Друг — достойный противник. И выбрал я себе Любовь, ибо это то, что позволяет отличить Друга от Врага.
Авторы: Оркас Анатолий
ножницы.
— Что?
— Вот! — кузнец вынул из кармана фартука инструмент. Черные, крупные, под его лапы. И демонстративно принялся обкусывать ими ногти. — Разве этим можно работать? Вернее — можно, но недолго.
— А что, ножницы — это какое-то такое чудо, что требует особого внимания короля?
— Ну, может, и невеликое чудо… Но вот ты там в заоблачных далях, витаешь, как дракон, а мы тут — на земле. Нам всякие станки-шманки без надобности, мы люди простые. А вот хороших ножниц не сыскать.
— А откуда ты знаешь, что бывают другие?
— Нешто я совсем дурак? Ты, Владыка, не смотри, что я низкого сословия, я ж с железом усю жизть. Я тебе шо хошь сделаю. Но выше головы не прыгнуть, я пробовал. Вот есть у меня железо, — кузнец подобрал какую-то железяку и подкинул в ладони прямо перед носом Марка. — Я тебе из него сделаю шо угодно. Заточу, изогну, закалю, или наоборот, отпущу. Но само железо я переделать не в силах. А тебе — в силах.
— Почему ты так думаешь?
— Ну, сколько ты всего делаешь! И как звук поймать, и как из земли кровь добыть и гореть заставить. Нешто не знаешь, как сделать железо такое, чтобы не тупилось? Уверен, знаешь. Только не задумывался, что надобно нам простые ножницы. Вот я тебе и говорю.
Марк задумался.
— А что ещё нужно?
— Ну, Владыка, ты как скажешь… Думать надо! Вот я про ножницы вспомнил — тебе сказал. Ещё вспомню что — ещё скажу.
Удивительно. Вот поговорил с кузнецом. Казалось бы — простой мужик. А, действительно! Что нужно людям? Ножницы. Гвозди. Лампы. Топоры, пилы… Инструмент! Будет инструмент — будет чем работать. Будет чем работать — будут делать. То, другое… Вон, вспомнил Марк, иглы! Как Фёкла сгибалась над плошкой, вдевая нитку в ушко. И там игла была — ого-го! В его мире такая называлась «цыганская». В смысле — кованная, ручной работы. Нужно? Нужно. Нужны иглы, линейки… Ну, линейки уже делают. Термометры делают. Что там ещё надо?
Озадаченный король направился во дворец. Простым приказом сделать всё это — не ограничишься. Надо как-то так исхитриться, чтобы люди делали сами. Чтобы одни делали — из чего, а другие — то, что надо.
Как?
Встречали государя тепло, но в рабочей обстановке. Сейчас у Бремера была толпа учеников, наверное, человек семь.
— Здравствуйте, здравствуйте, Марк! Проходите, садитесь, сейчас я уберу… Сейчас прикажу подать что-нибудь…
— Не суетись, я не голоден. И приехал к тебе не обедать. У меня разговор, правда не долгий. Покажи, чем занимаетесь?
— Вот, смотрите! Книгу набираем!
Они действительно набирали книгу. Набирали на специальной рамочке отлитый шрифт, делали оттиск и проверяли, нигде ли нет опечаток? Все ли знаки хорошо пропечатываются?
— То есть, я смотрю, ты уже отработал и технологию литья шрифта и набора?
— Да, да! Очень мне ваши советы помог, да. Вот, смотрите! Уже первый пробный экземпляр есть! Правда, не очень прошит, но это мелочи, да!
Марк полистал книжку. На его непросвещенный взгляд пробный экземпляр был хорош. Очень хорош! Не хуже типографских изданий его времени. Ну, шрифт, разумеется, не похож. А, собстно?
— А почему у вас буквы одинаковые?
— А каким же им быть, Марк? Сам подумай, как будут люди читать, если буквы будут разные?
— Перо и бумагу мне. Смотри. Букву А я могу вот так нарисовать. А могу вот так А. А могу вот так А (Марк почёркал пером по бумаге). Теперь если я буду набирать текст, то получится, например, «Бог сказал Аврааму иди и будь счастлив. А Авраам ему ответилСпасибо Господи».
— И что?
— И то. Если тебе требуется передать в тексте оттенок голоса, интонацию или что-то выделить — то нужен отдельный способ передачи этого. Кроме того, выделенное жирным лучше запоминается. Для одной и той же буквы можно сделать много разных написаний. Вот можно А вот так написать, рубленными линиями. А можно — с завитушками. А можно эту палочку сделать пожирнее, а эту — тонюсенькой.
— И что? Владыка приказывает мне всем этим заняться?
— Приказываю. Не обязательно тебе лично. У тебя ребята твои художественным взглядом владеют?
— Чем, простите?
— Ну, художники есть?
— Да, почитай, все художники! Для того ко мне и идут!
— Странно. Вот и дай им задание. Пусть нарисуют все буквы алфавита по-разному. Так, эдак. Потом соберёшь рисунки и отправишь мне на одобрение. Я выберу и скажу, какие шрифты делать. Дальше — больше. У тебя сколько размеров шрифтов?
— Пять.
— Почему пять?
— Ну, так получилось…
— Вот пусть получится другое. Взять за образец какой-нибудь шрифт и назвать его «1». Пусть это будет самый мелкий. А остальные делать удвоением. Понятно?
— Да, Владыка.
— Ну, и последнее. Пора тебе
