Когда я пришел в этот мир, выбрал я три события, достойные жизни. Выбрал себе Врага, ибо хороший Враг — достойный противник. Выбрал я себе Друга, ибо хороший Друг — достойный противник. И выбрал я себе Любовь, ибо это то, что позволяет отличить Друга от Врага.
Авторы: Оркас Анатолий
чтобы, скажем, выпить вина нахаляву надо пукнуть вот здесь, а чтобы соблазнить вооон ту красотку надо всего лишь остановиться под часами ровно в полночь?
— Я понял. Я встречал нескольких таких людей. Они знали… И ещё — Древние! Они же тоже знали. И тоже старались оставаться в тени. Нет, знание всего — это не выход. Да и недоступно оно мне. Я не знаю. И что мне делать с моим незнанием?
— Искоренять. Выкорчёвывать, выжигать огнём, и засевать оставшееся пространство семенами знания. Тем более, уж ты-то — можешь!
— Да ладно! Я сколько времени уже живу тут… Да вообще живу! И всё никак научиться не могу. А сколько раз мне это помогало? Вон, если бы я знал, какие они сильные, эти Тёмные — я бы в жизни с ними не связался бы! Если бы я знал, чем обернётся для меня захват дворца — да плюнул бы и сбежал куда-нибудь. Пусть Аргеада горит синим пламенем, я её тогда не знал, мне было бы не жаль. Если бы я знал, чем для меня обернётся корона — я бы де ля Фрель просто облобызал бы, пусть Артур занял бы трон. Ведь какой король бы получился! А я?
— А ты?
— А кручусь как щепка в заводи, то туда, то сюда. И только моё незнание меня выручает.
— Именно незнание?
— Ага! Если я буду знать о трудностях и проблемах — я же простой слабый человек. Я просто испугаюсь! Я не возьмусь. Не возьмусь — не сделаю. Не знаю — сделаю! Незнание — великая сила!
— Ага, как же. А скажи мне тогда, Великий Незнающий, почему тогда весь мир пытается узнать побольше? Да ты же сам, вспомни, учился везде и всему! И если незнание — такая уж великая сила — то чего ж ты ею не пользовался, когда ничего не знал?
— Да я пользовался! — Марк спорил больше по инерции, чем от настоящего несогласия. — Да только как-то… неэффективно. И думал, что это моя слабость.
— И хочешь сказать, что это не было слабостью?
— А тогда почему у меня тогда сейчас незнание — сила?
— Да потому, что у тебя сейчас всё — сила! Незнание сила, знание, действие, недействие, противодействие… Потому что ты — сила! Ты сам! В твоих руках силой становится всё, что угодно. Дело не в инструменте, а в тебе! Ты изменился и можешь любой каприз обратить себе на пользу. Да вспомни сам, когда ты впервые спускался к «Драконьему Гнезду» — тебе что говорили?
— Ну, прямо ничего не говорили, но очень толсто намекали, что идем мы туда зря и что затея добром не кончится.
— Правильно говорили?
— В целом — да. Но только получилось-то по моему!
— Вот именно. И никто и подумать не мог, что всё получится именно так! И не будь там тебя — вышло бы как обычно. И правил бы себе Термес ещё и дальше, до самой старости. А когда ты войну Форготу объявил — сколько народу тебя за дерьмо считало?
— Ужас, — смутился Марк.
— И что? Сейчас объявить войну Его Величеству Марку и получить согласие — считается чуть ли не высшей честью! У тебя всё становится силой. Потому что сила — это ты.
— Ну, совсем ты меня захвалил!
— Ты тупица, Марк. Как был тупицей, так и остался! Я тебя не хвалю. Я тебя не ругаю. Я тебе сообщаю очевидную вещь, которую ты сам не видишь и не понимаешь! Пойми ты, чучело огородное, что ты — сила! Не понимаешь? Ещё раз: ты — сила! Ты сидишь на троне — это сила. Ты срёшь под кустом — это сила! Ты сегодня на кого-то посмотрел — это сила! Даже если ты ни на кого не посмотрел — это тоже сила! Ты понимаешь это? Вокруг тебя события закручиваются смерчем, а ты — центр этого смерча! Ты в спокойствии и уюте, а вокруг тебя бушует стихия. И куда бы ты ни двинулся — стихия пойдёт за тобой. Потому что ты — центр! Поэтому тебе просто жизненно необходимо двигаться. Чтобы события, во-первых, не скапливались в одном месте. А во-вторых, чтобы они не переросли в грозу и тайфун. Ну, и понятное дело, тебе надо научиться самому себя ограничивать. Ты должен поступать как можно реже! А ты искришь на всю Вселенную!
— Ты говоришь как мой Учитель…
— А ты по-прежнему ничему не учишься. В твоём случае учителем может быть кто угодно! Ты можешь научиться у меня, у конюха, у дракона, у камня на дороге… Если вспомнишь об этом, если пожелаешь.
— Да, я понял. Хорошо, спасибо.
— Пожалуйста! Великий Незнающий…
— Может, мне всё-таки куда-нибудь сбежать? — тоскливо спросил Марк в пространство, вставая с кресла и направляясь к выходу.
— От себя не сбежишь, — раздалось сзади.
Никто не может сказать, откуда приходят гениальные озарения. Вон, Ньютон. Уж сколько тысяч лет яблоки падают на голову всему человечеству. А только в его светлую голову пришла мысль о всемирном тяготении. Уж, казалось бы, сколько народу глядело на небо? А только Копернику пришла в голову мысль о множественности миров. И сколько раз Владыка Марк смотрел
