Когда я пришел в этот мир, выбрал я три события, достойные жизни. Выбрал себе Врага, ибо хороший Враг — достойный противник. Выбрал я себе Друга, ибо хороший Друг — достойный противник. И выбрал я себе Любовь, ибо это то, что позволяет отличить Друга от Врага.
Авторы: Оркас Анатолий
принципиально, никогда и ни за что не смог бы стать, как бы ни старался этот мир?
— Да нет, наверное. Я тут подумал…
— И что?
— Получается, что все их возможности, проблемы, достоинства и недостатки у меня есть тоже. Я тут сидел, смотрел, получается, что я такой же дурак, трус, растяпа, такой же похотливый самец или жадный собственник, как и все они. Получается, нет во мне ничего уникального?
— Пойдем, — сказал маг, вставая.
Они затоптали костер и пошли.
Не привязанный и не стреноженный конь собакой бегал вокруг, то отставая, то обгоняя путников.
— Это все не твое, — вещал маг. — Нет ничего такого, что было бы твоим. Вот ты смотришь на небо, и говоришь: оно голубое. Но что такое «голубое»? И какое небо на самом деле? Ты смотришь на лист, и думаешь: он зеленый. А что такое на самом деле «зеленый»? Вот драконы видят цвета, недоступные человеку. Они могут говорить с людьми, но могут ли они объяснить тебе, что такое ультрафиолетовый цвет? Нет, они не в состоянии сделать этого, хотя и могут говорить. Ты просто не поймешь.
Но самое интересное в том, что ты не знаешь, что видят остальные! Когда кто-то иной смотрит на небо, он видит совсем другое небо! Оно ничем не похоже на то, что видишь ты! Просто потому, что этот человек — другой. Но вы смотрите на одно и то же, и думаете, что видите одно и то же. И оба говорите «небо голубое». Поэтому все, что ты говоришь — это не твое. Этому обучили тебя другие люди, и это их взгляд на вещи. Они не знают, что видишь ты. Они не знают, что ты чувствуешь, что ты думаешь, что ощущаешь. Но они думают, что ты видишь, думаешь, ощущаешь то же самое, что и они. И ты соглашаешься с этим.
— Обман по правилам?
— Совершенно верно. И вы, люди, дружно полируете и оттачиваете этот кодекс обмана. Но тут есть такой хитрый вопрос. А если бы ты родился, скажем, среди драконов? Оставаясь по-прежнему человеком, и будучи воспитан зверьми — у тебя бы не было этого кодекса обмана людей. Но ты бы — был?
— Конечно.
— А сейчас?
— А что «сейчас»?
— Сейчас ты — есть?
— Конечно!
— А — где?
Марк задумался.
— Наверное, тут.
— А где «тут»? Где ты под этим слоем чужих взглядов и заблуждений?
— Получается, я шел по миру с целью найти себя, но найти себя можно только увидев других?
— Не обязательно. Но это самый простой и безболезненный путь. Какой-то из скульпторов говорил, что он просто берет глыбу гранита, и отсекает все лишнее. Получается произведение искусства.
— Микеланджело.
— Да? Возможно. Не помню. Но это не важно. Ты можешь сделать то же самое — отсечь все лишнее. Но можно раскатать гранит в глину, замесить, и вылепить то, что нужно. Тоже можно. Можно вырастить нужное. Есть десятки способов найти себя. Но отбросив чужое ты, во-первых, освободишь много места, а, во-вторых, тебе будет значительно легче. Только начать это нелегко.
— Это как чешуя драконов?
— А это тут причем?
— Ну, они же обрастают чешуей, и она прикрывает их тела. А под чешуей — сам дракон. Но мы не видим дракона, видим только его чешую.
— Опять ты о драконах… Ладно, не важно это. Нет, это не совсем правильно. Тут все гораздо сложнее. Но я сейчас не буду влезать в дебри подробностей. Просто знай, что во всех своих устремлениях, чувствах, и так далее — тебе надо отбрасывать чужое, и оставлять — свое.
Это долгий и кропотливый труд. Но, судя по всему, ты его уже начал.
— Судя по чему?
— Судя по тому, что мы с тобой встретились.
— Кстати! А как мы встречаемся? Это особая разновидность магии?
— Нет, это настолько обычная штука, что и говорить даже стыдно. Вот ты сейчас идешь, и встречаешься вот с этими деревьями, с кустами. Со мной. Ты — великий маг?
— Нет, понятное дело. Но вы появляетесь удивительно вовремя. Прямо воплощенное Дао!
— Я никакое не Дао. Просто конус причинности.
— А это что за хрень?
— Конус причинности? Странная штука. Вот я иду сейчас рядом с тобой, но одновременно несусь на гребне волны. Я вижу, как падают слова: тяжело — назад, и легко — вперед. Ты сейчас завален камнепадом моих слов, а я любуюсь игристым фейерверком последствий. Я вижу как любой мой шаг или твое бездействие плодит варианты возможного. Какое из них воплотится? Я не знаю. Я могу выбирать свои, могу выбрать твои. Но я же знаю, что выбрав одну из вероятностей я тут же создам новые, и придется выбирать снова и снова. А я — близорук. Я не помню и не знаю. Не помню позавчера, и не вижу послезавтра. Ты был бы счастливее меня, если бы мог понять. Если бы понял, что это особое удовольствие — видеть плоский мир, такой простой и предсказуемый! А мне достался этот паршивый конус причинности — конский хвост того, что было, и девичья коса того, что будет. Нет, не надо, каждому
