Когда я пришел в этот мир, выбрал я три события, достойные жизни. Выбрал себе Врага, ибо хороший Враг — достойный противник. Выбрал я себе Друга, ибо хороший Друг — достойный противник. И выбрал я себе Любовь, ибо это то, что позволяет отличить Друга от Врага.
Авторы: Оркас Анатолий
испортит, ибо он не убийца, и его опять схватят. А он не сможет выдержать пыток, сдаст богатого господина, и все испортит. Лучше даже не пытаться.
Все слушали невнятную помесь китайского и местного, и, похоже, еле сдерживались, чтобы не засмеяться.
А Марк смотрел совсем на другое. Человек с узкими глазами успел рассмотреть столько мелочей… Что Марк поглядывал на него, разговаривая с офицером. Что он именно его собирается напоить вином. Что он его зачем-то выкупает, с какими-то далеко идущими целями.
Марк видел очень, очень умного и проницательного человека. Был ли он убийцей — неизвестно, ибо прочитать на плоском лице что-либо было невозможно, а китайское воспитание позволяет похоронить действительность за двадцатью масками, как помнил Марк по книгам своего мира. Или это было про японцев? Не суть важно.
— Ли. Скажи, а чего ты хочешь?
Китаец поморгал, и сказал тихонько:
— Не родиться.
Марк подумал, подумал, и сказал:
— Поздновато хватился. А чего-нить более реального?
— Умереть спокойно.
— Тебе принести нож?
За что заработал быструю вспышку взгляда из-под полуопущенных век.
— Не надо.
— Тогда ты возьмешь его сам. Нож когда-нибудь в руках держал?
— Не понимаю.
— Артур, принеси нож. На. Держи.
Ли посмотрел на нож. Потом на Марка. Но так и не притронулся.
— Хорошо. Тряпку в руках удержишь?
— Тряпка — хорошо. Да, держать.
— Тогда вставай, ешь, пей, и завтра будешь тряпка держать. В руках.
И Марк задумался о том, где Ли будет жить. Начать, что ли, строительство гостиницы? Кажется, уже пора.
— Давай кушай быстрее. Нам еще надо к лекарю. Он тебя посмотрит, у него и переночуешь. А завтра придешь на работу.
И хозяин ресторана оглядел прислугу. Все тут же прыснули прочь.
Снег окончательно сошел, земля высохла, и теперь все реже веранду приходилось закрывать тканью от холодного ветра. Теперь Марк мог лицезреть въяве то, о чем год назад только мечтал. Входящие на веранду хорошо одетые господа и дамы, порхающие меж ними официанты, пятеро поваров, жарящие, варящие, режущие и раскладывающие. Пятеро работников, включая недавно принятого в штат Ли, таскают продукты, скатерти, швабры и метлы, выносят объедки, копают огород и ухаживают за свиньями и курами. Доход от ресторана такой, что Марк предпочитает наносить почаще визиты господину Кесефу, чем хранить наличность в сейфе.
Впрочем, в сейфе тоже немало уже скопилось.
Однако, приближается страшный для Марка день. День, когда он поспорил с неким Менесом о том, что у него через год будет самый лучший ресторан в городе. Но это с Менесом. Он местный, в курсе, да и человек, вроде бы, благородный.
А остальные?
В остальных, коих уже накопилось пять штук, верилось плохо. Ох, какой же демон дернул Марка заключать эти пари? Да еще нотариально заверенные. Тогда казалось, что все будет просто и четко: будет у него самый лучший ресторан, и все вздохнут благоговейно, и заплатят денежку.
И будет самому Марку подспорье при расплате.
И как-то упустил тогда господин ресторатор, а тогда — еще просто нищий и растерянный переселенец из другого мира, что хотя мир — другой, а люди в нем — те же.
И платить столь серьезную сумму никто не захочет просто так, наоборот. Захотят ее с самого Марка получить.
Пока что никаких напоминаний, агрессии или иных подвижек в эту сторону ни один из поспоривших не проявлял, но у Марка было неспокойно на душе.
Он вышел во двор, глядя на медленно оседающее за деревья солнце. Пожалуй, именно так он себе и представлял все это: резная веранда, негромкая музыка на ней, парочки или группы за столами, и садящееся за деревья солнце. Только тогда он думал, что ресторан будет в западной части города, но не сообразил, что деревья растут везде.
Часы на ратуше пробили семь, и первые нищие потянулись на задний двор. Ритуал, созданный случайно. Марк от фонаря назвал время, и дважды нищие нарушали график, так и осталось невыясненным — специально ли, или по недомыслию. Однако, вышколенный персонал (Марк ни разу не присутствовал при этом) четко выполнял указания. Оставшись дважды без ужина, нищие больше не рисковали, и появлялись ровно в семь.
В семь же прислуга выносила несъеденное, вчерашнее и позавчерашнее. Совсем объедки все-таки не давали, но Марк тщательно следил за гигиеной в меру своих возможностей, поэтому остатки блюд отдавались нищим. Одновременно утилизация отходов, и акт милосердия.
Помимо воли Марк смотрел на дорогу. Вроде бы, до ресторана от нее — метров сто. И видно-то не прямо,
