После неожиданной и странной гибели звездолета в живых остаютсядва десантника. Казалось бы, им необычайно повезло, однако напланете, куда они чудом приземлились, творятся странные вещи.Местное население почти полностью слепо, а любой вид энергиивырождается. Стараясь разобраться в происходящем, героиобнаруживают, что планета захвачена инопланетянами и идет геноцидее населения.
Авторы: Раков Николай
себе имя Дин Альбрайт. Это имя и является для меня кошмаром. Я знаю, что этот человек не я, но ничего с этим не могу сделать. В сети сотни тысяч Альбрайтов. Кто из них сегодняшний я?
— Ладно. Хватит на сегодня. Допивай свой стакан и отправляйся в спальню. Я немного приберусь и покумекаю, что к чему. Завтра обсудим.
Когда Альбрайт ушел, Дымов убрал бутылки и грязные стаканы, вытряхнул пепельницу и присел к блоку глобальной сети. Сказать, что он заинтересовался прозвучавшим рассказом, значило ничего не сказать. Авантюрная натура журналиста была до такой степени возбуждена повествованием, что он не представлял себе, как может закончиться эта история без его непосредственного участия. Связей у Дымова вполне хватало. Не все его интервью оканчивались рукопашными схватками, а поэтому он обоснованно рассчитывал на помощь некоторых своих клиентов.
Первым и самым основным вопросом в решении судьбы Альбрайта и продолжении приключения являлся вопрос о восстановлении памяти. Для этого было два пути, простой и кардинальный, состоящий в установлении адреса опытного психолога или гипнотолога, способного, проникнув в сознание, вернуть память. Второй более трудоемкий, где, отталкиваясь от отправных точек его биографии, предстояло заставить мозг вспомнить прошлое. Просидев остаток ночи перед экраном сети, Дымов выбрал несколько ведущих ученых, к кому можно было обратиться для решения проблемы. Кроме того, в ближайшие планы Дымов записал посещение станции мусорщика Бориса и установление личности подлинного Дина Альбрайта.
Обуреваемый мыслями и грандиозными планами Михаил не заметил, как веки стали тяжелыми, мысли путаными, и он провалился в сон прямо в кресле у дисплея блока глобальной сети.
Разбудил его шум, происхождение которого, вырванный из сна, он сразу не определил. Открыв глаза, обнаружил, что за окном вовсю светит солнце, дисплей перед глазами помаргивает голубеющим пустым экраном, шея, спина и ноги затекли. Он до боли потянулся, приводя мышцы в рабочее состояние. Тут он вновь услышал сигнал и понял, что разбудил его зуммер домофона. Щелкнув клавишей на панели блока, он увидел у двери подъезда молодого мужчину, смотревшего в глазок видеокамеры. Пришелец Дымову был незнаком, но он все же решил ответить.
— Вас слушают, — сиплым со сна голосом произнес он.
— Управление полиции Престона. Лейтенант Жак Луньян, — проговорил мужчина, демонстрируя видеокамере полицейский жетон. — Мсье Дымов, мне надо с вами поговорить.
Появление полиции в жизни Дымова никогда не приносило ему радостных воспоминаний, но, секунду поразмышляв, Михаил решил впустить гостя.
— Пожалуйста, лейтенант, поднимайтесь. Надеюсь, номер квартиры вам известен, иначе вы бы не стали будить человека в такую рань. — И он нажал кнопку, открывающую замок двери.
Выскочив из кресла, он одним движением сполоснул лицо в ванной и заглянул в спальню. Альбрайт, как был в одежде, спал на кровати поверх покрывала. Закрыв дверь, журналист окинул комнату хозяйским взглядом и пошел открывать входную дверь квартиры.
— Лейтенант Луньян, — вновь представился мужчина, перешагивая порог.
— Не скажу, что рад вашему визиту, лейтенант, но как законопослушный гражданин готов оказать содействие полиции.
— Ну что ж, мсье Дымов, уже одно это меня радует, — проговорил Луньян, быстрым профессиональным взглядом осматривая квартиру. — Вы дома один?
— Почему вы об этом спрашиваете? Как видите, один, — ответил Михаил, провожая незваного гостя в гостиную и жестом предлагая ему сесть.
— Видите ли, — произнес полицейский, обходя предложенное место и располагаясь на диване лицом к проему двери в коридор. В этом положении его взгляд так же фиксировал и закрытую дверь спальни, — иногда мы задаем не совсем удобные вопросы. Посторонние могут помешать ответить на них искренне и правдиво либо неправильно понять их.
— Не беспокойтесь, лейтенант, нас всего двое, и я постараюсь правильно понять ваши вопросы и ответить на них правдиво, — проговорил Дымов, устраиваясь в кресле напротив собеседника.
— Тогда скажите, пожалуйста, знаком ли вам человек по имени Дин Альбрайт?
Такого вопроса Дымов не ожидал и тут же почувствовал, что выдал себя, а Луньян заметил его замешательство.
— Да, лейтенант, я познакомился с ним вчера вечером.
— Только вчера?
— Я уже ответил вам на этот вопрос. Так вы пришли по поводу вчерашней драки в баре? У полиции есть ко мне претензии?
— Нет. Успокойтесь, мсье. У нас нет к вам никаких претензий, иначе мы бы разговаривали в нашем управлении. Просто расскажите, что там произошло?
— Лейтенант, не надо делать из меня
