этому молодому человеку та пожилая дама. Стряхивая крошки кукурузных хлопьев, он подумал: «Если этот юноша болен любовью, о нем необходимо немедленно позаботиться».
— Сколько стоят ваши цветы? — спросил молодой человек.
— Я сделаю вам хороший букет за доллар, а вот чайные розы, выращенные в теплице. Стоят подороже — по семьдесят центов за одну. Могу продать их вам полдюжины всего за три доллара пятьдесят центов.
— Дороговато.
— Хорошее никогда не стоит дешево, мой юный друг. Разве ваша мама никогда не говорила вам об этом?
— Может быть и говорила, — ухмыльнулся молодой человек.
— Конечно говорила. Я сделаю вам букет из шести чайных роз: две красных, две желтых и две белых. Это самые лучшие мои цветы, да вы и сами видите. Их запах вскружит голову любой крошке. Я добавлю к ним еще две-три веточки папоротника. Прекрасно. А могу сделать обычный букетик за доллар.
— Этих? — спросил молодой человек, продолжая улыбаться.
— Мой юный друг, — проговорил, тоже улыбаясь и стряхивая пепел с сигареты в водосточную решетку, цветочник, — в мае никто не покупает цветы самому себе. Это как национальный закон. Вы понимаете, о чем я говорю?
Молодой человек немного наклонил голову и представил себе Норму — ее удивленные и счастливые глаза и мягкую улыбку.
— Думаю, что понимаю, — ответил он.
— Конечно понимаете, так что будете брать?
— Так что бы вы посоветовали?
— Что ж, скажу. Советы и консультации бесплатно?
— Пожалуй, лучше бесплатно, — ответил с улыбкой молодой человек.
— Ну, бесплатно, так бесплатно. О’кей, мой юный друг. Если вы хотите купить цветы для своей матушки, то я могу набрать вам букет из нескольких нарциссов, крокусов и степных лилий. Увидев их, она не скажет вам ничего вроде «о, сынок, как они мне нравятся, но они ведь, наверное, очень дорого стоят — не стоит тебе так транжирить деньги».
Молодой человек закинул назад голову и громко расхохотался.
— Но если это девушка, — продолжал цветочник, — то тогда совсем другое дело, сын мой. Ты, наверное, и сам понимаешь. Если вы принесете ей букет чайных роз, ей будет некогда заниматься подсчетами. А? Она в ту же секунду просто броситься вам в объятия…
— Я возьму чайные розы, — быстро проговорил молодой человек.
Тут уж расхохотался и цветочник. Стоявшие неподалеку и пересчитывающие свои медяки любители пива отвлеклись от своего неотложного занятия и тоже заулыбались.
— Эй, парень! — крикнул один из них. — Тебе обручальное кольцо не нужно? Могу тебе уступить по дешевке, самому мне как-то надоело носить.
Молодой человек улыбнулся и покраснел до самых корней волос.
Цветочник выбрал ему шесть роз, немного подрезал кончики их стеблей, побрызгал водой и обернул их красивой хрустящей бумагой.
— Погода сегодня вечером как раз такая, какой вам и хотелось бы, послышалось из динамика радиопередатчика. — Воздух — мягкий и теплый. На небе ни облачка. Температура — чуть выше шестидесяти градусов. Идеальная погода для романтического созерцания звезд после того, как стемнеет. Наслаждайтесь Великим Вечерним Нью-Йорком!
Цветочник скрепил бумажный сверток скотчем и посоветовал молодому человеку сказать своей девушке, чтобы она добавила в вазу с водой немного сахара для того, чтобы цветы постоял подольше.
— Я скажу ей, — пообещал молодой человек и дал старику пятидолларовую бумажку. — Спасибо.
— Это моя работа, мой юный друг, — сказал цветочник, отдав ему доллар и два четвертака на сдачу. Его улыбка стала немного более грустной. Поцелуйте ее от меня.
«Фо Сизнз» запели по радио «Шерри». Молодой человек засунул сдачу в карман и зашагал вверх по улице. Его глаза были широко раскрыты, а во взгляде сквозила какая-то тревога и напряженное ожидание. Он, казалось, не видел никакого движения жизни вокруг него, не замечал, что на Третью авеню уже спускаются сумерки — его взгляд был устремлен куда-то внутрь него самого. Внутрь и вперед. Но кое-что он, все-таки, замечал: женщину, например, толкавшую перед собой детскую коляску или ребенка, комично перепачкавшего всю мордашку мороженным. Еще он обратил внимание на маленькую девочку, прыгавшую со скалкой и звонко распевавшую в такт своим прыжкам:
Бетти и Генри вначале целуются,
Ну а затем? Затем женихуются.
Ну а потом? Потом, ясно, женятся.
И в результате — извольте, младенец
По дороге ему попались еще две курящих женщины, оживленно обсуждавших проблемы, связанные с беременностью, группа мужчин, смотрящих бейсбол по огромному цветному телевизору, выставленному в витрине магазина. Несмотря на четырехзначную цифру, аккуратно нарисованную на ценнике рядом с телевизором, лица всех игроков