Черная камея

Гоблин!» – а потом, ступая по ковру, без туфель, она упала и ударилась виском о мраморный столик и умерла, прежде чем оказалась на ковре.
О Всевышний на Небесах, помоги мне.
– Итак, дамы, вы утверждаете, что миссис Маккуин убило привидение? – переспросил коронер.
– Шериф, ради всего святого, – вступил в разговор я, – она упала! Не можете же вы в самом деле предполагать, что Синди или Жасмин имеют к этому какое-то отношение!
Все это продолжалось очень долго, пока я не понял, что мне пора. Тогда я отвел Жасмин в сторону и велел все устроить, обратившись в бюро «Лониган и сыновья» в Новом Орлеане. Всенощную следовало назначить на завтрашний вечер, на семь часов. Тогда и увидимся, добавил я, попросив организовать все так, чтобы погребение состоялось завтра вечером. Конечно, я понимал, что это нарушение всякого порядка, но, возможно, деньги решат этот вопрос.
– И ради всего святого, – сказал я, – берегись Гоблина.
– Как ты намерен с ним поступить, Квинн? – спросила Жасмин. Она дрожала, лицо ее опухло от слез.
– Я намерен его уничтожить, Жасмин. Но на это уйдет какое-то время, хотя и небольшое. И пока я этого не сделаю, остерегайся его. И передай всем остальным. Пусть тоже остерегаются. Он не знает, куда девать свою силу…
– Тебе нельзя сейчас уходить, Квинн, – сказала она.
– Я должен, Жасмин, – ответил я. – Увидимся завтра в похоронном бюро в семь вечера.
Она пришла в ужас, и я ее за это не винил.
Тут вперед вышел Лестат, мягко взял ее за плечи и посмотрел ей в глаза пронзительным взглядом.
– Жасмин, – тихо произнес он, – мы должны сейчас уйти и отыскать женщину, которая способна покончить с Гоблином. Сейчас это самое важное. Вы понимаете?
Она кивнула. Она продолжала плакать, слизывая соленые капли, попадавшие ей на губы, но не могла оторвать от него глаз.
– Не отпускайте от себя ни на шаг маленького Джерома, – продолжал Лестат ласково и убедительно. – Это существо хочет навредить любому, кто дорог Квинну. Проследите, чтобы все были начеку.
Он тихо отошел в сторону.
Наконец мы с Лестатом оказались одни на острове Сладкого Дьявола, и я дал волю своему горю, всхлипывая как ребенок.
– Не могу себе представить мир без нее, да мне он и не нужен без нее. Ненавижу Гоблина всей душой за то, что он сделал. Откуда, скажи на милость, у него взялись силы? Она была такая старенькая, такая хрупкая…
Как мы можем заставить его страдать, как нам заставить его страдать так, чтобы ему самому захотелось умереть, как нам отправить его в ад, если таковой для него существует?
Я еще долго буйствовал. А потом мы вместе с Лестатом отправились на покой.

На закате я очнулся, голодный и несчастный. Я сразу понял, что Лестату пришлось предоставить меня моим мирским делам, а тем временем он должен был связаться с Меррик Мэйфейр и узнать, согласится ли она оказать мне поддержку.
Как только я приблизился к особняку – сразу понял, что и Нэш, и Томми уже здесь. Томми летел весь день и полвечера, добираясь домой из Англии, а Нэш прибыл гораздо раньше с Западного Побережья. Оба были убиты горем, и при виде их лиц я едва сумел сдержать слезы.
Если честно, я не хотел их сдерживать, но страх перед кровью делал это абсолютно необходимым, поэтому я принялся обнимать их, целовать, удостоверившись, что у меня в запасе по крайней мере три льняных носовых платка. Перекинувшись буквально парой слов (больше нечего было говорить) мы все погрузились в роскошный лимузин тетушки Куин и направились в Новый Орлеан, в похоронное бюро «Лониган и сыновья», что находилось в Ирландском квартале – бывшей вотчине Манфреда Блэквуда, где когда-то он открыл свой первый салон.
Когда мы прибыли на место, толпа, собравшаяся на ночное бдение, была огромной. В открытых дверях стояла Пэтси, строго одетая во все черное – что меня поразило, ведь она обычно пропускала похороны, – и сразу было ясно, что она плакала.
Увидев меня, она помахала маленьким квадратиком сложенных листков.
– Копия ее завещания, – пояснила она дрожащим голосом. – Она давным-давно проинструктировала Грейди, чтобы тот не держал нас в неведении. Мне оставила предостаточно. Чертовски мило с ее стороны. У него и для тебя есть копия в кармане.
Я едва кивнул. Этот последний маленький жест щедрости был очень характерен для тетушки Куин, и в течение вечера я видел, как Грейди вручал небольшие конверты с копией завещания и Терри Сью, и Нэшу, и другим.
Пэтси вышла на воздух покурить и, видимо, не хотела ни с кем разговаривать.
Жасмин, прелестно выглядевшая в своем синем костюме и неизменной блузе, совершенно